Клетка семейного очага

– Да с чего ты это взяла? – Раиса Сергеевна смахнула в открытую ладонь крошки со стола.

– Мама, я же просила! Возьми щетку и совок! Что ты как клушка деревенская!

– Не ругайся! – крошки посыпались в раковину.

– Может, и хорошо, что он от нас ушел? Мы ему теперь не семья, что с нас спрашивать? – Татьяна задумалась.

Когда-нибудь его достанут. А с мертвого какой спрос? Придут к ней, мол, жена должна знать. А что знать-то? В стороне от его дел была всегда! Да и не интересно ей было про его дела.

Татьяна, не обращая внимания на то, что Раиса Сергеевна что-то ей говорила, вскочила со стула и почти что бегом двинулась в спальню.

Сейф был пуст. «Ну, и отлично. Головной боли меньше», – решила она, запирая дверцу.

– Мам, ты где? – послышался голос сына из коридора.

– Ой, Петруша пришел, – Раиса Сергеевна, давно не видевшая внука, прибежала первой.

– Петенька, – Татьяна сменила гримасу раздражения на радушную улыбку. – А похудел-то как!

– Есть хочу. И побольше, – Петр, тряхнув жидким хвостиком волос, стянутых на затылке резинкой, направился прямиком на кухню.

Татьяна внимательно присмотрелась к сыну. Она не видела его толком больше месяца. Изредка он ночевал дома, но, прощаясь с матерью, на бегу выхватывая из ее протянутой руки деньги, спешил закрыть за собой дверь. Татьяна, обладавшая тонким обонянием, улавливала исходящий от ее сына какой-то чужой запах.

– Садись, Петруша. Бери хлебушек, ешь, – Раиса Сергеевна суетливо метала на стол еду из холодильника.

– Как тут вы? – Петр жадно ел суп из глубокой тарелки и закусывал его бутербродом с салом.

– Что ты вдруг заинтересовался? – Татьяна не смогла сдержать только что пережитую обиду."

"– А что? Что-то случилось? – Петр, доев суп, уже пододвигал к себе тарелку с разогретой картошкой и курицей.

– Случилось. Твоего отца чуть не убили.

– Это уже старая новость, – Петр продолжал жевать. – Ба! Дай чайку покрепче!

– Он от нас ушел, Петя.

– Как это? – Петр недоверчиво посмотрел на мать.

– Собрал вещи и ушел.