Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Поздние возвращения Георгия она не держала за угрозу семейному очагу и даже любила пошутить на эту тему, мол, я прогрессивная женщина и смотрю на твои гулянки сквозь пальцы, но ты порядочный человек и никогда не изменишь мне на самом деле…

А теперь… Получается, она чужая ему вовсе не потому, что он целиком посвятил себя науке. Не потому, что на общение с женой не остается ни времени, ни сил, а в голове столько мыслей, которые надо продумать, записать и снова продумать. Просто ему нужна другая женщина, не Марина!

Не Марина, которая столько времени обхаживала его и полностью освободила от бытовых забот и мыслей о хлебе насущном! Не Марина, которая родила ему сына! Не Марина, шестнадцать лет безропотно несшая бремя жены бескорыстного ученого!

Вся ее самоотверженность, весь труд на благо семьи, бессонные ночи и тощие дни – все это не имеет значения по сравнению со стройными ножками посторонней бабы!

Она специально не выспрашивала Юлю, как выглядит счастливая соперница, хотя знала, что Светка Юрченко дала самую подробную информацию по этому вопросу.

Ее уже подташнивало, но она упорно курила сигарету за сигаретой.

Ох, Марина, не лукавь сама с собой, дело не в ножках и глазках! И даже не в упругой груди. Так думать – значит недооценивать соперницу и выгораживать себя. И в конечном счете оскорблять Георгия больше, чем он оскорбил себя сам, решившись на измену. Ты сейчас упиваешься своей самоотверженностью, тем, что была Георгию надежной опорой в его нелегкой жизни.

Да ему, наверное, и не хотелось делиться радостями с тобой, он боялся, что они покажутся мелкими и даже стыдными такому серьезному и трагическому человеку, как ты. Ты радовалась снисходительно, так же как Юля разговаривает с тобой, как квалифицированная, но хладнокровная нянька радуется достижениям питомца.

Так что сама виновата. Может, эта тетка весит девяносто килограммов и каждый день бреет усы, зато она приходит в восторг, когда выходит Жоркина статья, или… Господи, да мало ли что доставляет ему радость!

Блин, что же делать? Заняться собственной внешностью, как советует Юлька, и культивировать психическое заболевание, ибо оно служит хоть какой-то гарантией их брака? Ведь в порядочности Георгия она не сомневалась никогда.