Клетка для эгоиста (СИ)

Мы специально организовали встречу, чтобы зачитать его в присутствии всех заинтересованных лиц.

— Мой супруг не оставлял никаких завещаний! — повысила тон оскорбленная вдова. — Если бы оставил, я бы первой об этом узнала!

— Простите, но иногда люди делают это втайне от второй половины. Давайте не будем обострять ситуацию. Моя клиентка пока что тоже ничего не знает о его содержании, поэтому выяснять отношения преждевременно.

— Что?! Ах ты сучка поганая! — Без какого-либо предупреждения Лариса бросилась к девушке и попыталась ухватить ее за волосы или за меховой воротник пальто.

— Что вы себе позволяете?! — строгим басом прогрохотал он, получив от Ларисы толчок в грудь. — Будете применять физическую силу, мы вызовем полицию и скорую и зафиксируем факт нападения. Подобным поведением вы ничего не выгадаете, так что прошу взять себя в руки!

— Лариса Павловна, прошу вас… — мягко заметил один из сопровождавших буйную дамочку мужчин.

— Эта гадина ввела меня в заблуждение! Она залезла в мой дом! Выкрала мои бумаги! И теперь у нее вдруг оказалось какое-то завещание?! Вы в своем уме?! — принялась верещать она, размахивая руками, не стесняясь ни проходящих мимо людей, ни собственных адвокатов, ни тем более присутствия Кристины, которая уже немного отошла от первого шока и оценила, что все идет именно так, как она и предвидела, не хуже и не лучше.

— У моей клиентки нет завещания, лишь свидетельство о его составлении, — вновь встрял адвокат девушки, пытаясь воззвать к разуму оппонентки. — Завещание было составлено у нотариуса этой конторы и хранится у него. Мы для этого сюда и приехали.

— Почему вы не предупредили меня?!

— Мы не были обязаны это делать… — Филипп Иванович в раздражении покачал головой и поджал губы.

— Это мошенничество!

— Ни в коей мере… Вы сейчас и сами во всем убедитесь.

Лариса вновь завопила что-то в своей обычной манере, адвокаты с обеих сторон продолжили ее увещевать, но Кристина уже ничего не слышала, хоть и продолжала смотреть на всю эту безумную сцену с отрешенным и безразличным видом стороннего наблюдателя.