Кладбище домашних животных

– Ничего, кроме правды! Я сказал, что вы во всем виноваты, а она сделала огромную глупость, выйдя замуж без благословения родителей. Я сказал ей…

– Что вы сказали? – недоверчиво переспросил Луис. – Вы же не могли сказать ей такое?

– И даже больше, – продолжал Ирвин Голдмен. – Я всегда знал: случится что– то в таком роде. Я понял, какой вы человек, когда в первый раз вас увидел. – Он наклонился вперед, выдыхая пары алкоголя. – Я вижу тебя насквозь, маленький мошенник-докторишка! Ты заманил мою дочь в ловко расставленные сети, заставил ее сделать глупый, бесполезный поступок – выйти за тебя замуж.

Потом ты сделал из нее домработницу, а теперь ты дал ее сыну выскочить на шоссе словно.., бурундучку.

Большая часть этих слов пролетела мимо ушей Луиса. Он пытался понять: зачем этот маленький, глупый человечек что-то ему говорит.

– Вы что ей сказали? – проговорил Луис. – Вы это ей сказали?"

"– Надеюсь, ты сгниешь в аду! – заявил Голдмен, и все присутствующие повернулись на звук его голоса. Слезы потекли из налитых кровью глаз Ирвина Голдмена.

Его лысая голова сверкала в рассеянном свете ламп дневного света. – Ты превратил мою удивительную дочь в домработницу.., уничтожил ее, как личность, увез ее черт-те куда.., и дал моему внуку сдохнуть на этой чертовой дороге.

Голос мистера Голдмена превратился в истерический крик.

– Где ты был? Жопу было не поднять, когда ребенок играл на дороге? Думал над своими глупыми медицинскими статьями? Чем ты там занимался?.. Дрочил?.. Убийца!..

Тут были все. Все собрались в Восточной Комнате.

Все тут были.., и Луис с удивлением увидел, как метнулась вперед его рука, совершенно непроизвольно метнулась.., как задрался рукав костюма и высунулся манжет белой рубашки.., видел, как слабо сверкнула запонка. Речел подарила эти запонки ему на третью годовщину их свадьбы, не зная, что ее муж наденет эти запонки на похороны их тогда еще не родившегося сына. Кулак Луиса оказался крепко сжат. Он ударил в рот Голдмена. Луис почувствовал, как под кулаком расплющились, вывернулись наружу губы старика. На самом деле такое ощущение вызвало тошноту – раздавленный в кулаке слизняк может вызвать примерно такое же чувство. Никакого удовольствия. За тонкой плотью губ тестя Луис почувствовать неумолимую твердость зубных протезов.

Голдмен качнулся назад. Его руки ударились о гроб Гаджа, одна из ваз с цветами, стоящая на краю, упала и разбилась. Кто-то закричал.

Кричала Речел. Она боролась со своей матерью, пытавшейся оттащить ее назад.