Кинжал Немезиды

Если я жену свою поучу малость, это оскорблением царского рода не посчитают?

— Дозволяю, но только слегка, — милостиво кивнул я, припоминая паскудный нрав свояченицы Лисианассы. — И только когда вконец допечет. Но если хочешь мой совет принять, то бабу бить — последнее дело. Если она тебя не уважает, то после такого только ненавидеть будет. А учитывая, кто ее мамаша, как бы еще и яду тебе не подсыпала от обиды.

— Да? — озадаченно почесал затылок Абарис. — Я как-то раз в нее расписную микенскую чашу бросил, так она целых два дня молчала.

Хороший способ, государь, но только дорого очень. Пятнадцать чаш в месяц! Боюсь, не по карману мне спокойная жизнь.

— Закончили, государь! — командир расчета наклонил голову. — Десять шаров легли за стену. Теперь камни?

— Камни, — зевнул я. — Пехоту отрядите, пусть булыжники тащат и подгоняют по весу. Сменяйтесь по очереди. Камни должны лететь без остановки.

Артиллерия моя — классические римские онагры, компактный переносной вариант, развернуть который можно за несколько часов.

Но сегодня мы познакомим аборигенов с гравитационной метательной техникой. Увы. Воловьи жилы не дадут мне забросить за стену что-то более-менее ощутимое по весу. Горшки с горючей смесью — да, камень хотя бы в пять-семь кило — уже нет. Все крепости стоят на высоких холмах и на отвесных скалах. Онагр просто не добросит туда тяжелый груз, а вот требушет с противовесом в тонну — легко. Тяговые манганели мы применяем на объектах попроще. Здесь они бесполезны.

Мой новый камнемет бросает пять килограммов на четыреста метров, а больше мне и не нужно. Взявший разгон силикатный кирпич, который летит тебе на голову, в наших условиях — абсолютное оружие. От него нет спасения. А города, построенные из воды, дерьма и ветра (читаем — из самана), таким снарядам на один зуб. Они просто крошат в труху хлипкие стены домов и перекрытия из жердей, обмазанных глиной. Когда вы мечетесь по тесному городку, пытаясь потушить пожары, а на голову вам летят камни, то сидение в осаде превращается из скучного до невозможности занятия в совершеннейший ад.

Так-то…

— Вес добавить! — раздалась команда.

— Дня два продержатся, не больше, — прикинул я, увидев, как полетевший чуть ниже задуманного камень выбил кирпичный фонтан из городской стены.

— Один, — веско уронил Абарис.

— Если они завтра до заката вылезут, — повернулся я к нему, — то обещаю, что тобой не только я, но и собственная жена восхищаться начнет.