Кинжал Немезиды

Прошу слугу Ра называть меня именно так, иначе ущерб чести моего повелителя будет непозволителен.

— Господин наш чати вопрошает, посол, — услышал Рапану голос глашатая. — Что за бревна ты привез в Страну Возлюбленную?

— Это сосна из Фракии, о великий, — поклонился Рапану. — Это не заменит кедр, но цена его примерно в два раза меньше. Нет нужды тратить драгоценное дерево на простые поделки, если есть отличная сосна.

— Господину нашему чати угодно знать, сколько такого дерева передаст в дар Великому Дому твой царь, — услышал Рапану надменный голос писца.

— Нисколько, — спокойно ответил купец. — Мой господин не дарит ничего и никому. Он продает, и у этого товара есть твердая цена. Эта партия будет пробной. Если мы договоримся, то такие корабли пойдут в Страну Возлюбленную в том количестве, которое потребуется Великому Дому. Леса Фракии — это не скудный Ханаан. Они не имеют ни конца, ни края. Но для этого мы должны прийти к соглашению. У моего господина есть ряд условий. Если они будут исполнены, он снова откроет морские дороги.

— Говори, — последовал хлесткий ответ."

"— Прежде всего, — набрал воздуха в грудь Рапану, — мой повелитель требует, чтобы сын Ра, Могучий бык и Господин Неба именовал его братом. Он повелитель Алассии, Вилусы и Аххиявы, и он не примет иного обращения.

— Согласны, — послышался ответ. — Цари Аххиявы издревле именовались Великим Домом братьями, как и цари хеттов.

— Мой господин согласится торговать с Великим Домом только на основании договоров, скрепленных печатями, — продолжил купец.

— Там будет указано количество товара, его свойства и его цена. А также будет указано, что и в каком количестве поставит в ответ Великий Дом. И какого качества, если это зерно. Тамкары великого царя будут сами проверять каждый мешок, а писцы не станут им мешать. И не станут пытаться всучить зерно качеством хуже.

— Это возможно, — услышал Рапану после небольшой паузы.

— Мой господин хочет, чтобы его купцы могли селиться в специально отведенных местах.

Там, где им позволит господин наш чати. И никто не станет препятствовать им в том, чтобы попасть в свои дома. Они вольны жить там, сколько захотят.

— И это возможно, — раздался ответ.

— Мой господин желает убрать все поборы с купцов, — нажал Рапану. — И требует особого суда чати для их жалоб. Ни один писец не сможет больше бить палкой купца из людей Моря, не сможет отнять его имущества, наложить штраф или бросить в темницу. Только суд господина нашего чати.