Снегурка для опера Морозова (СИ)

— Но в принципе, — оторвавшись от её губ, продолжаю посмеиваться, — я совсем не против, если мы будем так завтракать чаще.

— Денис! — хлопает меня ладошкой по животу.

— Ты подумай, — дразню её, любуясь, как щёки становятся цвета сочных томатов. Это с недавних пор один из моих любимых оттенков красного.

Мы смеёмся, тискаемся, но природа всё же заставляет нас выбраться из кровати. Умывшись и покурив, готовлю нам завтрак, пока Настя кормит живность.

Решаем никуда не ходить сегодня. Продукты заказываем доставкой.

Жаль, что выходных у меня всего три. Они проносятся как один день, но наполняют меня ресурсом для дальнейших движений.

— Завтрак и обед с собой, — Настенька ловит меня в прихожей, выдавая пакет с лоточками.

— Никуда без меня не ходить, — наставляю её. — Никому не открывать. У меня ключи с собой, — показываю ей. — Быть на связи. Всё поняла?

— Конечно, — подтягивается и целует в щёку. — Хорошего дня.

— И тебе, — щипаю её за ягодицу.

Спускаюсь к машине. Курю, пока греется двигатель, и еду в отделение, прямиком к Стасу. Там нас ждёт крайне интересная встреча.

Поднимаюсь в его кабинет. Макс маякнул, пока я ехал, что сбор будет именно там. Они тогда оставались со Стасом на разговор с Вороном и Адилем. К чему-то пришли в итоге. Сейчас узнаем.

Стучу. Стас отзывается. Вхожу, и внутренности сначала обдаёт кипятком так, что ладони сжимаются в кулаки, а затем затягивает ледяной коркой, заключая весь жар внутри.

Макс, Шаман, сам Стас и ублюдок Коновалов со скорбным взглядом, но борзым видом. Я, как зверь, ощущаю страх этой твари, потерявшей границы и решившей, что ему всё можно.

— Присаживайся, — Стас кивает на место прямо напротив Коновалова, — тебе понравится, — хлопает меня по плечу. — Ну что, господа полицейские? Заебали вы меня в мумию! Слова — это видимо слишком сложно для некоторых, там звуки, над которыми надо думать.

Мы с Шаманом переглядываемся.

— Ты мне угрожаешь? — вспенивается Коновалов.

— Боже упаси, — кривится Стас. — Ты кто такой, чтобы Я. Тебе. Угрожал? Перед тобой два выхода из сложившейся ситуации. Это, — кладёт ладонь на папку, — первый.