Хранительница его сокровищ

Поэтому мы не остаёмся в одиночестве, не сидим дома, а идём на улицу, туда, где свет, шум и… жизнь. И мы с вами тоже пойдём, потому что я не хочу приносить жертвы тьме, чтобы отобрать вас у неё, — он смотрел и улыбался. — Вы освоились, красиво оделись, вы находите применение своим талантам и радуете всех, а особенно — меня, поэтому вас ни в коем случае нельзя отдавать силам тьмы.

- Господин Астальдо будет против того, чтобы отдать меня силам тьмы. Я тогда не смогу таскать для него артефакты, — буркнула Лизавета.

Но ей было приятно.

Вот прямо бы стояла и слушала.

— Он-то, конечно, будет против. Но скорее всего, палец о палец не ударит, чтобы вытащить вас. Поэтому я постараюсь не дать вам спать."

"Они спустились на портовую площадь, там стоял просто ужасающий шум. Горели костры, в них время от времени бросали что-то, что взрывалось там с шумом и брызгами искр. Каждый взрыв приветствовали громкими криками. Немногочисленные маги запускали в небо светящиеся шары, и соревновались, чей шар крупнее, ярче и дольше светится.

В разных частях площади играли музыканты. У прилавков наливали выпить и предлагали закусить. Все всех поздравляли и желали благополучия на будущий год. Но не было ни одной ёлки, никаких особенных украшений, и — ни грамма снега. Крутой Новый год — без шапки, без пуховика, в лёгких туфлях и с открытым горлом, разве что плащ надела, и всё!

— Хотите танцевать? — Сокол кивнул на ближайших музыкантов, они играли что-то забористое и очень весёлое.

Мальчишки и Тилечка уже припустили в ту сторону со всех ног.

— Да, пойдёмте, — что уж там, Лизавете хотелось и танцевать, и петь, и что там ещё сегодня надо делать.

Танцевали что-то в цепочке — три шага в одну сторону, шаг в другую. Цепочка извивалась вокруг музыкантов, закручивалась сама в себя, раскручивалась обратно, свивалась в кольца, главное было — не сбиться с ноги и не разорвать рук. Мелодия постепенно ускорялась. В конце уже просто бежали, не разбирая, куда именно. Но весело.

Следующая мелодия сразу начиналась многообещающе.

Сокол взял за одну руку Лизавету, за другую — Тилечку, кивнул мальчишкам, они подхватили свободные руки обеих дам, позвали кого-то со стороны, и дальше получилась ещё более хитрая цепочка. Она проходила сама через себя петлями, меняла направление движения, выворачивалась наизнанку. Уже было совершенно не важно, куда бежать, главное — твои руки крепко держат, над тобой — звёздное небо, вокруг тебя — люди, а музыка не только вокруг, ещё и у тебя внутри, и ты летишь.