Храм мотыльков

Но никакой реакции не последовало. Она просто пережевывала остывший кусок мяса, а затем запила его красным вином.

– Мам…

– Нет!

Парень вздохнул и начал смотреть в тарелку перед собой."

"– Спасибо за ужин, Мэри, – сказал Фредерик, который полностью был погружен в самого себя. Он не видел и не слышал больше ничего вокруг.

– Да не за что. Я купила готовую еду, как всегда, возвращаясь с работы, и разогрела ее в микроволновке.

Такое заявление не было новостью для Фредерика. К сожалению, в искусстве кулинарии Мэри была дилетантом, который всей душой не желал обучаться этому ремеслу.

Фредерик Браун провел эту холодную бессонную ночь в раздумьях. Его не волновало ничего в этом мире, кроме человека, побывавшего вчера утром в кафе «Хобот альбатроса», который представился ему как Ричард Ло…

Глава третья

– Доброе утро, доктор Стенли, – после утреннего обхода главного врача доктор Браун решил незамедлительно навестить своего коллегу.

– Доброе утро. Я вас внимательно слушаю, у меня много работы, поэтому…

– Я хочу лечить пациента Ричарда Ло.

Доктор Стенли ухмыльнулся.

– Но ведь он абсолютно здоров и совершенно не нуждается в вашей помощи. Пациент, назвавший себя Ричардом Ло, заплатил нашей клинике за десять ночей пребывания в наших роскошных апартаментах с трехразовым питанием. А какой у нас хвойный, чистый воздух! Поистине изумительное место. М-мм…

– Я хочу продолжить лечение своего пациента. У меня возникли сомнения по поводу того, что мой пациент здоров. Все мы допускаем ошибки когда-нибудь, доктор Стенли.

– Интересно, что заставило вас изменить мнение за ночь. Не поделитесь со мной?

– Нет.

– А жаль… Значит, хотите, так сказать, взять реванш и довести до конца начатое вами дело?

– Именно это я пытаюсь до вас донести.

Доктор Браун разговаривал с доктором Стенли, психиатром с сорокапятилетним стажем, занимавшим в клинике должность главного врача, как с равным себе. Этот кабинет принадлежал ему, Фредерику Брауну, но до поры его арендовал другой человек, у которого пока еще стоило спрашивать разрешения и советоваться по многим поводам.

– Я подумаю, давать ли вам историю его болезни.

– Оставьте ее себе, доктор Стенли, от нее все равно нет никакого толку, она пуста. И это вы обязаны сейчас уговаривать меня взять этого пациента себе. Это ведь ваша игра, да?

– Почему вы позволяете себе разговаривать со мной в таком тоне, доктор Браун? Вы в этой больнице человек новый, вы не знаете ни меня, ни моих коллег, ни моих пациентов.