Хозяин острова Туманов

Не было ни следа человека. Зато со стороны улицы донеслись торжественные крики. Явно прибыл кто-то важный.

Мы бросились обратно к столу. И вовремя: как раз начиналось представление.

— Первый пошел, — прошептал Харди. — Смотрите внимательно, Ваше Сиятельство.

И я смотрел…

Мальчишки, нанятые Харди, выполнили свою работу исправно. Под видом случайных столкновений они проверили одежду, обувь и шляпу свата. Но нигде печати не обнаружили."

"Толстяк крутился и ругался на всю улицу, вызывая смех у зевак. Я наблюдал за представлением у открытого окна.

И сразу почувствовал внимательный взгляд. Осмотрел улицу: у лавки со специями стояла та самая девчонка с корзинкой, только сейчас она была с непокрытой головой. Издалека разглядеть ее хорошенько не получилось. Я понял только: что это не ребенок, а миниатюрная девушка, вполне зрелая для своего возраста.

— И где же у него печать?

Оторвал меня от созерцания простолюдинки Харди.

— Надо его напугать. В пиковой ситуации человек хватается за самое ценное.

— Понял.

Харди прошел к боковому окну и выпустил маленькую стрелу. Это был сигнал к следующей атаке. И сразу из-за угла выбежал человек. Он помчался по улице, столкнулся с толстяком и побежал дальше. А за ним выскочил другой.

— Держи вора! Держи! — закричал он и припустил мимо свата.

Мой взгляд был прикован к толстяку, который уже направлялся в таверну, я даже привстал, чтобы не пропустить нужный момент.

— Мой медальон! — закрутился он и схватился рукой за пояс.

— Он на месте, Ваше благородие, — подскочил к нему помощник, судя по одеянию — писарь.

— Печать спрятана в металлическом медальоне на ремне, — я довольно откинулся на спинку стула.

— Приступаем к изъятию?

— Конечно. Только…

— Что?

Я обмахнулся веером: сегодня было очень жарко, но еще сильнее хотелось охладить волнение. Больше шанса перехватить печать не будет.

Появляться сам я пока не планировал, это вызовет ненужные вопросы и осложнения.

— Сват очень осторожен.

— Значит, и нам надо постараться.

* * *

Я подняла голову и вгляделась в угловое окно второго этажа гостиницы.

У него сидел господин в белых одеждах. В одной руке он держал чашу с дымящимся чаем, а в другой веер, которым обмахивался. Рядом с ним стоял худощавый человек в черном.