Сердце Дракона. Том 20

— Когда пытаюсь, то выходит какое-то непотребство, — в качестве аргумента, Пустынный Волк попробовал произнести что-то на местном языке, но с его губ сорвались лишь несвязанные звуки. — Как думаешь, почему они так резко отреагировали на падение лабиринта?

Хаджар пожал плечами. Идей в голове копошилось столько, что из них можно было бы, при желании, состряпать целую поэму. И вряд ли хоть одна из них лежала близко к истине.

Но один вопрос генерал, все же, решил уточнить.

— Что ты помнишь об Арнине?

Пустынный Волк посмотрел на него искоса, после чего почесал затылок.

— Сложно сказать, варвар, — протянул Шакх. — Помню, как он пытался нам помочь, а затем его порвало в клочья Правилом Старика.

Генерал мысленно согласился с доводами Шакха, но все еще никак не мог отделаться от ощущения, что они что-то пропустили. И дело не в словах Нарнира, хотя и в них тоже, а в чем-то…

Хаджар огляделся. Ветер игрался со снежным покровом, поднимая в воздух мерцающие брызги. Скрипели ставни, шуршали меховые плащи воинов.

— Непривычно, — прошептал Шакх, сжимая и разжимая кулак. — Без Реки Мира…

Может быть действительно — генерал чувствовал себя не по себе именно из-за этой “маленькой” детали.

Так или иначе вскоре они дошли практически до края деревни, где увидели неприметный сруб, размерами чуть больше, чем хватило, чтобы назвать его хозяйственной пристройкой.

Воины убедились в том, что троица зашла внутрь, после чего Хаджар увидел из небольшого окна, как пара из них осталась нести дозор у входа, а остальные направились в обратный путь.

— Шакх! — раздался радостный выкрик. — Алба…

Артеус не договорил. Он молча проводил взглядом гнома, доковылявшего до угла. Албадурт, отставив костыли, держась ладонями за стену, тяжело опустился на стул и уставился все тем же пустым взглядом куда-то в пространство.

— А, Артеус, — произнес он сухим, мертвым голосом.