Хозяйка гостиницы у моря

Я, даже когда копалась в скудных воспоминаниях владелицы своего тела, ощущала, что девушка воспринимала смышленую девочку как дочь. Своих-то детей у меня не было. Я даже не смогла выудить в воспоминаниях девушки, было ли у меня с мужем что-то, отчего дети могут появиться, или они дальше держания за ручку так и не зашли. Да и за ручку муженек не горел желанием подержаться. Я была лишь досадным приложением к моим же деньгам.

Не знаю, по какой-то причине, но Кати уверена, что нападение на карету, при котором погибла ее семья, – это умышленное убийство, а не трагическая случайность.

И направлена она была именно на гибель ее матери, то есть моей семьи. Девочка говорит, что ей это приснилось. Что она видит вещие сны, но не из будущего, а просто отрывки чьих-то жизней. Я в это не верю, но мурашки по коже ползут, когда она рассказывает о том, что ей снилось. Она даже пару раз описывала сцены из моей прошлой жизни, что наводило на размышления о том, что это не фантазии ребенка, а что-то иное. Это иное пугало не только меня, но и Матильду. Это ее гувернантка и просто хорошая женщина. Которая заботилась не только о Кати, но и обо мне. Я в этом доме была скорее бесправная приживалка, а не хозяйка. Почему так повелось, я не знаю, потому что воспоминания хозяйки тела были отрывочными и порой непонятными. В доме целиком и полностью властвовала другая женщина. Сводная сестра моего мужа. Это мне кое-что напомнило, аж до мурашек пробрало. Но здесь вроде все по-настоящему, не фикция, как в моем мире. Хотя…. они же сводные и не родственники по крови. Ладно, не буду сама себя накручивать еще сильнее. Хватает мне и того, что Кати сказала, что мое падение – не случайность, а подстроенная закономерность. Я даже не поняла сперва, о чем она. Но ребенок вдумчиво пояснила, что если каждый день класть мыло около ванны, то в какой-то момент человек, пользующийся этой самой ванной, должен на нем поскользнуться.

Я пока помалкивала и вела себя максимально скромно, чтобы разобраться в ситуации, понять, откуда ноги растут и как жить дальше.

Быть домашним питомцем, чем-то вроде болонки, я не хотела. Не по мне такое. Я больше привыкла сама принимать решения и строить жизнь так, как хотелось именно мне. А здесь без разрешения от муженька мы даже в город с Кати и Матильдой выехать не могли.

Вот на этой почве мы первый раз с ним и закусились.

– Я сказал: нельзя, – мужчина даже глаза не поднял на меня. Я как школьница стояла перед директорским столом.