Холостяк для блондиночки

Как же его? Забыла… Кир? Точно, Кирилл… Перед глазами его полный ненависти взгляд… его руки сжимают горло, дышать не чем… Стоп! Это было… было недавно, не сейчас… дышать… ровно… никого нет… но вернется, поэтому бежать…

Девушка схватила сумку, бросила туда попавшиеся под руку вещи, много не надо, да и нету. Деньги? Денег не много. Карточка есть, там должно быть кое-что. Телефон? Да. Вдруг дядя позвонит. Все, надо спасать себя и еще кого-то… кого? Ладно, потом… все потом…

Вышла в холл, никого, спят уже что ли… ах не важно.

На улицу. Теперь куда? Банкомат бы найти. Денег снять. И какое-нибудь жилье…

Банкомат нашла. Но он почему-то денег не выдает. Баланс? О, тут не мало. Попробуем с карточки рассчитаться. Еще бы купить что-нибудь от температуры. Парацетамол. Обычный.

Зашла в аптеку. Проблема, испанский она не знает. Парацетамол здесь не знают - русский препарат. Откуда-то из подсознания выплыло Ацетаминофен. Будем надеяться, что оно.

Теперь жилье. Спросила у фармацевта по-английски. Та поняла «отель» и «маленький».

Указала примерно дорогу. Надо же, нашла. Служащий знал английский лучше аптекарши, поэтому сразу выдал ключи от номера, взяв плату за три дня вперед. С карточки, кстати, получилось рассчитаться.

Теперь в кроватку. Таблетку выпить не забыть. У вас есть одеяло дополнительное? Зачем? Да я это, из России. Раша? Тогда понятно, ну-ну.

Одеяло заполучила и ладно. Две таблетки и спать.

Утро. Рядом, как любят выражаться соотечественники, белый друг. Тошнит и тошнит. Сил нет даже в кровать вернуться.

Наконец ничего не осталось. Доползла до одеял. Лекарство бы выпить, да страшно, что придется обратно ползти. Боже, как плохо. Одеяльца мои тепленькие, мягонькие. Спать.

Туман, то горячий, то холодный. Грохот какой-то. Затих. Дребезжит что-то рядом бззз бзззз…

Море, нежное и ласковое. Не море… его глаза. Самые любимые, потому что такие есть у ее любимых … у Данечки и… кстати о Данечке… надо позвонить… где-то был телефон.

Бззз задребезжал прямо в руках. «Дядя Витя». Так, прием.

- Да. – Ох и голос, у Шарапова и то мягче.

- Ксюша! Боже, Ксюша! Ты где, солнышко?

- Я? Где я? Не знаю… где-то тут… Дядь Вить, как там Даня?

- Ксюша! Девочка моя, тише, расскажи мне, где ты. Что с тобой? – голос спокойный, даже чересчур. – Вспомни, пожалуйста. Что за место? Данечка хочет к тебе.

- Нет, дядь Вить, я, кажется, болею, не надо Даню, заразится. Мне плохо…

- Ксюша! Ксюша, не ложи трубку. Хорошо, Даню не привезу, давай хоть лекарства привезу.