Холодное золото

Жабкин словно подслушал эти его мысли, сказал:

– Конечно, всю эту красоту никто не подумал красть. Когда я пришел к дяде уже после того, как его убили, сразу увидел эти, так сказать, полотна.

– Что ж, вы мне во многом помогли, Жабкин, – сказал капитан и встал. – Я вас больше не буду задерживать. Можете идти к больной бабушке, дедушке, к театральной кассе. Но если говорить серьезно, советую вам сменить ваше занятие: оно вас до добра не доведет.

Глава 10

Конечно, Егоров мог задать свидетелю Жабкину еще ряд вопросов, кое-что выяснить.

Ивану Егорову так хотелось поскорее попасть в Большой театр, выяснить, когда Игорь Леонтьев вернется в Москву (а может, он уже вернулся?), что он сделал то, чего обычно не делал – остановил такси. Он был готов заплатить три, даже пять рублей, лишь бы ускорить расследование.

Надо сказать, что вообще-то семья Егоровых жила очень скромно. Жена Ивана Соня работала учительницей русского языка и литературы. Но сейчас она не работала, потому что месяц назад у Егоровых родился ребенок, девочка, и Соня сидела дома.

Но сейчас капитан спешил, а тут и такси кстати подвернулось. И уже через десять минут он, как и вчера, входил в Большой театр со служебного входа. Он снова показал вахтерше свое удостоверение, но на этот раз не стал спускаться в театральный буфет, а спросил, как пройти к директору.

Директор не удивился визиту представителя уголовного розыска. После гибели Виолетты Леонидовой такой визит был естественным. Однако его удивил вопрос капитана. К погибшей певице этот вопрос явно не относился.

– Скажите, у вас в театре работает Игорь Леонтьев? – спросил капитан.