Холодная

— Какой же я дурак, — беспомощно протянул, — я ведь не только из-за Егора, но и из-за твоего отца тогда отказался от тебя и стал встречаться с Олей. А он, оказывается, все это время знал! И мы просто тупо потеряли полгода по моей вине.

Кристина притянула меня к себе.

— Максим, успокойся, все в порядке. Каждая минута ожидания на протяжении этого времени того стоила.

— Кристина, прости меня.

— Прощу, если познакомишь меня со своими друзьями и покажешь город. А иначе нет.

Я оторвался от ее плеча и посмотрел в лицо.

— Ты правда этого хочешь?

— Да, мой герой. Я хочу узнать о тебе все.

— Хорошо, но давай поедем только на день рождения друга и потом вернемся сюда. Ко мне домой заезжать все-таки не будем. Пускай родители спокойно отдохнут, они заслужили. Если твой отец и знает про нас, то моя мама точно нет. Я обязательно познакомлю тебя с бабушкой и дедом, но попозже. Хорошо?

— Ладно, — выдохнула Кристина, — а почему их, кстати, не было на свадьбе родителей?

— Потому что им здоровье уже не позволяет ходить на свадьбы.

Мама хотела, чтобы они приехали, но они ни в какую не согласились.

— Ясно. Пиши своему другу, что ты приедешь не один. И пошли уже быстрее в кровать!

Я решил сделать ровно наоборот. Сначала кровать с Кристиной, потом друг.

День рождения Стас отмечает у себя на даче под Россошью. На той самой, где я однажды проснулся в одной постели с какой-то девушкой и до сих пор не знаю, было у нас с ней что-то или нет. Но Кристине я об этом не говорю.

Друг пригласил гостей к 5 часам. Ожидалась вся наша компания в полном составе.

А это человек 20. Мы с Кристиной приехали в Россошь к половине третьего. Нескольких часов достаточно, чтобы посмотреть город. Я показал ей наш небольшой центр, свою обычную школу и спортивную, в которой занимался каратэ. В этот момент из дверей вышел мой тренер, так что заодно еще познакомил Кристину и с ним. Потом мы с ней погуляли по небольшому парку и посидели в паре популярных кафе. Больше в Россоши смотреть нечего.

Я все же ожидал, что увижу на лице Кристины отвращение или хотя бы презрение.

Но на удивление ни того, ни другого не было. Кристина, казалось, с искренним любопытством смотрела по сторонам и даже задавала вопросы.

— Так вот, значит, откуда ты был, мой герой, — сказала она мне, когда мы сидели в парке на лавочке, — иногда я задумывалась о тебе и гадала, что ты делаешь в данный момент: гуляешь ли, играешь ли с кем-то, или, может, спасаешь сейчас от злых мальчиков какую-нибудь другую девочку.

Я засмеялся.