Ходящий в сны

Отец сказал…

Ее подруга повернулась и спросила:

– И что? Расскажешь ему?

Ответить Хели не успела. Рийса тут же снова повернулась к Энди и сказала в тон ему:

– Ну да, можно просто гордиться предком, который убил семью с двенадцатью детьми, а тринадцатого, шестилетнего, оставил сидеть в луже крови в разоренном доме…

С этими словами девушка решительно встала и удалилась, гордо вскинув голову. Хели укоризненно посмотрела на Энди. Тот насупился и буркнул:

– Можешь жаловаться магистру Лину, если хочешь. Я не буду перед ней извиняться.

С этими словами он поднялся, чтобы уйти, но Хайен решительно схватил товарища за рукав и усадил обратно.

– Нет уж, - заявил он. - Ваши семейные разборки меня не интересуют. Скажи, что это за девица.

Хели призналась:

– Я ее тоже совершенно не помню. Будь так добр, Энди, ответь Хайену. Возможно, из-за этой девушки у него будут неприятности. А теперь мы в одном отряде.

Юноша выдернул рукав у Хайена и проворчал:

– Ладно уж. Хотя ты, Хели, тоже должна ее помнить. Это же Андела Рэувелл.

Ее мать урожденная Ичби, одна из племянниц Элизы Ичби.

Хели с каким-то новым интересом бросила взгляд за спину Хайена и медленно произнесла:

– Андела Рэувелл, значит… Снова Ичби.

Хайен требовательно спросил:

– Кто она такая? И при чем здесь Ичби? Это же слабый род. Они были лишены титула…

– … пятьдесят лет назад, после того как моя мать закрыла Двери, - закончила за него Хели. - Они участвовали в заговоре против короны. Их земли отошли герцогам Тан.

Хайен с досадой произнес:

– Но это же ничего не объясняет!

– Может быть, да, а может, и нет, - пожала плечами девушка.

- Твой отец участвовал в закрытии Дверей и подавления государственного переворота, который пытался совершить темный Файлорн. Мы не знаем, что и с кем он не поделил, пока не исчез.

Энди задумчиво сказал:

– Кроме того, они говорили о каких-то способностях, которые могли достаться Хайену по наследству, и о каких-то сведениях. Пока совершенно непонятно, что им нужно.

Хайен еще раз покосился за спину и задумался.

Он хотел узнать что-то об отце, и от количества обретенных знаний уже шла кругом голова. И пока вопросов только прибавлялось. Хели тихо сказала:

– Нужно рассказать отцу.

– Нет, - отрезал Хайен. - по-моему, он и сам не против, если меня отчислят.

Она не стала возражать, но почему-то юноша был уверен, что поступит девушка по-своему. Остаток завтрака прошел в молчании.

В этот день у первого курса было четыре урока, и большая часть показалась ему скучными.