Хмель свободы

У ворот тюрьмы лежали три убитых охранника в синей форме. Вышки были пусты. Ворота распахнуты…

По двору бегали выпущенные на волю радостные арестанты. Кто в полосатой тюремной одежде, оставшейся от «добрых времен», кто в своем, домашнем, а кто и в наброшенных на плечи шинелях, снятых с убитых охранников. Радостные голоса, вопли сливались в один сплошной рев.

– Крычить, черти рогати: «Слава батьке Махно!..» – обратился к ним Сашко Калашник. Но никто его не слушал.

– Додому спешать, – объяснил поведение арестантов кто-то из махновцев.

– Хорошо б додому! – озабоченно почесал затылок Сашко. Он посмотрел на здание тюрьмы. Кирпичные стены были высокие, массивные. – Це ж сколько динамиту надо, шоб цю тюрьму розвалыть! А батько наказував: тюрьмы сничтожать!

Рядом с Калашником остановился один из солдатиков Московского полка, без оружия, в одной драной рубахе. Лицо побитое.

– Ты чого це голый на морозе, Ерофей? – спросил Сашко.

– Раздели, заразы, в колидоре, оружию отобрали, – чуть не плакал хлопец. – Я ж им замки открывал, как тех пташечок на волю выпускал. А они… Хоть бы саблю оставили, я б им головы посносил!

– Да, – задумчиво сказал Калашник. – Похоже, будуть ще з цыми пташечками дела!

На Озерном базаре махновцы пробежали по рядам. И уже кто-то пил из глечика молоко, кто-то рвал зубами шмат сала или круг колбасы.

– А платыть? – кричала торговка.

– В штаби гроши. Бижи, там батько Махно роздае, – огрызнулся махновец.

– Зараза ты бандитска! Шоб тебе чорты в свынячому сали варылы. Шоб твои кышкы на ковбасу чортам пишлы!.. – не унималась торговка.

Хлопцы хохотали.

– Ну чего ты кричишь! Не бандиты мы, тетка. Жрать хочеться, а грошей нема!

– Заладыла: гроши, гроши! – даже возмутился махновец, который реквизировал у бабки круг колбасы.

– А шо ж буде?

– Свобода… Доброта до людей!

– Тьфу, придурок! Де доброта, там и голота…

– Не понимаешь, тетка…

…В штабе раздался телефонный зуммер. Кожин протянул трубку Нестору.

– Ты, Махно? Це я, Глыба! Еле нашел! Шо там у тебе?

– А шо у меня? Потихоньку занимаю город!

– А мы тут заседаем. Хотели б и тебя послухать.