Хазарский меч

 – Уж как та молода жена в пору-времечко обойдетися, ой тоска на сердце уходится, она найдет себе мужа доброго, да сиротки малы детушки не найдут себе кормильца-батюшки…

– Она хочет сказать, что жене и детям Борослава больше не от кого ждать помощи, – тихо пояснил Гостимил, видя, что Улав изо всех сил пытается вникнуть. Улав достаточно долго прожил в земле смолян, чтобы хорошо понимать обыденную речь, но обрядовая речь, да еще в исполнении такой старухи, приводила его в недоумение. – Видно, тот Заболот грозит всю семью их в челядь хазарам продать.

– И то еще сказал, – подхватила старуха: малых детушек за море Хазарское увезем, а внука-отрока в жертву богам своим принесем.

Вожди переглянулись.

– Хастен говорил мне, что их воевода – его шурин, – вспомнил Улав. – Поэтому он и пытается его выкупить. Надо думать, они не нашли его среди убитых в той лощине и поняли, что он должен быть жив и у нас в руках.

– Но мы не собирались возвращать его в объятия родичей, – напомнил Свенельд.

– Младший сын Борославов, видать, – ответил Гостимил. – Как его… Радовит, что ли? Старшие уже не отроки давно, у самих чада есть. А этот до вилькаев даже не дорос, эту зиму дома еще сидел. Вот и досиделся.

Улав слегка нахмурился: лет одиннадцать, значит. Не так чтобы его в глубине души волновала судьба незнакомого ему отрока из семьи угренских малых князей, но нельзя допустить, чтобы противник таким подношением обеспечил себе милость богов в предстоящей борьбе.

– Так ведь и мы можем… – намекнул Годо. – И у нас в руках есть неплохой дар для Одина… Плод куда как спелый!

– Нет, нельзя! – Гостимил разволновался. – Если хазары узнают, что их боярин убит, они могут… у нас он, Костен, один. А у них вся семья в руках! У Борослава семья большая – и сыновья, и внуки, и дочери. Сыновей четверо, двое старших женаты были, их жены да дети. Может, их и самих уж в живых нет. Дочерей три… – При этом голос Гостимила как-то упал, и Улав пристально посмотрел на него.

– Никак ты обручен с одной из этих дочерей! – догадался Свенельд.

Гостимил кивнул, опустив голову.

– Тогда, я полагаю, ты выскажешься за обмен? – предположил Улав, и Гостимил снова кивнул, не поднимая глаз.

– А вы что скажете? – Улав посмотрел на сыновей Альмунда.

Они бегло переглянулись, но, похоже, между собой им не требовалось обсуждать это дело, чтобы прийти к согласию.