Хазарский меч

 – Чего встали, как копны? Бегом к воротам, искать пойдем! Отец туда, под гору сорвался!

* * *Когда Ярдар увидел неподвижно лежащее тело под обрывом скалы – на темной земле его было трудно разглядеть, лишь бросались в глаза разметавшиеся белые волосы, – сердце оборвалось: мертв! Насмерть убился! Однако, когда Вратимира, окруженного пламенем факелов, перевернули и нащупали бьючую жилу[41], от сердца немного отлегло.

– Жив! – объявил Прибымир. – Расшибся. Давайте, паробки, дверь какую снимите и сюда тащите, назад понесем.

Теперь уже никто в Кудояре не спал, от десятков горящих факелов было светло почти как днем. Вратимир упал на каменистую землю с высоты в три человеческих роста; видно, загородка, на которую он привык опираться, почему-то вдруг треснула, и он, не сумев удержать равновесие, сорвался вниз. С такой высоты тоже можно было свернуть себе шею; от самого страшного боги уберегли, но насколько сильно старик пострадал, оставалось непонятно. Лицо его выглядело сильно разбитым, окровавленным, и он был без чувств.

Принесли снятую дверь, осторожно переложили на нее Вратимира и мелким шагом, пока отроки светили факелами под ноги, понесли в гору. До этого места под скалой было не так-то легко добраться через овраг, служивший городцу защитой именно благодаря непроходимости. Сюда никто не лазил, хрустели под ногами выброшенные черепки от битых горшков, старые кости и прочий мусор, что многие годы сюда скидывали. «Будто с того света достаем!» – бурчал на ходу какой-то мужик. Десятки рук держали факелы, одни несли дверь с телом, другие поддерживали или тянули их, чтобы не сорвались со склона.

В избу, где уже причитали женщины, Ярдар не пошел, ждал со всеми снаружи.

Утром, еще в темноте, Заволод пошел узнать, как там Вратимир. Всю ночь жена и девушки сидели возле старика.