Каждый любит как умеет

Из двери потоком выходили посетители, приходившие навестить своих больных. Парня иногда толкали, и он отошел в сторонку. Он все время ждал, что снова появится неудачливый визитер или девица решится покинуть свою машину. Он не увидел никого. Наконец во дворе стало почти пусто. Мимо Андрея прошмыгнула старенькая санитарка с охапкой грязного белья.

– Что стоишь, спать иди! – неприветливо бросила она и исчезла в хозблоке.

. И Андрей пошел спать.

ГЛАВА 14

Он пробыл в больнице еще два дня. В пятницу его неожиданно выписали.

Он подозревал, что тут сыграл роль отец – тот постоянно заглядывал в ординаторскую и рассуждал с врачами, что сыну будет лучше дома. И вот, когда кончался очередной час посещений, в палату заглянула медсестра:

– Руденко? Андрей? Бегите, скорее, вещи получать, а то гардероб закроют! Быстренько, быстренько!

Андрею выдали листок с историей болезни и медицинскими предписаниями. Среди каракуль он разобрал только «постельный режим». Отец понесся куда-то в подвал, за вещами сына. Парень переоделся в закутке коридора, сдал ненавистную серую пижаму и вышел на вольный воздух.

Отец заботливо поддерживал его под руку, как конченного инвалида.

– Тебе все звонят и звонят, – многозначительно сообщил отец, когда они двинулись к метро.

Андрей вяло поинтересовался, кто именно звонит. Ему очень хотелось спать и еще больше – есть. После больничных супов на морковке и овсяной каши он совсем ослаб.

– Да вот Наташа хотя бы звонит, – отец сделал паузу, ожидая ответа, но Андрей ничего не сказал.

Он, конечно, помнил, кто такая Наташа. К этому моменту он помнил вообще все. В том числе и парня, который приходил к нему в палату. Его внешность, ничем не примечательная, тем не менее запомнилась очень четко. Андрей был уверен – узнает его даже издалека. «Он явно выманивал меня, чтобы усадить в машину, – Андрей шел медленно и не слушал отца. – В машине была девица. Та самая, что в том шикарном кафе? Или другая? Та ведь была блондинка». И вдруг он остановился. Передним возникло лицо девушки – смуглые щеки, огромные темные очки, улыбка на сухих ярких губах… И черные, довольно заметные «усики» над верхней губой.

А девушка была просто ослепительной блондинкой. «Да, мне еще что-то показалось странным, – Андрей крепко взял отца под руку. – Значит, на ней был парик? Весело. Мне ее не узнать, если так. А в больницу приезжала она, собственной персоной. Это же она приставала ко мне, чтобы я отдал архив и пейджер. И этот недоумок работает с ней на пару.