Катарсис. Том 1

Но цену ей знаю и друзей-демократов не имею. Возможно, в силу того, что истинный смысл этого слова в нашем отечестве сильно искажен. Однако слово «демократия» у меня аж никак не согласуется со словом «добро». Может быть, ты сможешь убедить меня в обратном?

Олег покачал головой.

— Не смогу, хотя вы не философ, а прагматик. Другое дело, хотелось бы выяснить ваше отношение к добру и злу, как к философским категориям.

— Боюсь, у меня к этим категориям очень нефилософское отношение: добро следует защищать, зло уничтожать.

— Уничтожить зло до его полного исчезновения нельзя. Помните у Шекспира? «О, польза Зла! Зло — верная основа, добрей Добро становится на ней». Исчезнет зло, не станет и добра — опять же в глобальном, философском плане. Зло и Добро взаимно ограничивают друг друга и регулируют социум. В сущности, Зло — это процесс деструктуризации и имеет пределом Хаос, то есть абсолютную бесструктурность. Предел же Добра — Совершенство, то есть сверхгармония. Но главное — с точки зрения равновесия оба предела совершенно равнозначны! Это Абсолюты.

— Оригинальная концепция. Я считал, что категории Добра и Зла больше касаются духовного мира, чем материального.

— Мироздание не делится на материальное, мысленное и духовное, это просто выражение нашего отношения к нему. Только так человек может оценить законы Вселенной, вычленив те, которые он постиг.

— Очень оригинальное суждение, — искренне сказал Крутов; ему нравился сотрудник Федотова, свободно оперирующий философскими понятиями вселенского масштаба, слушать парня было интересно. — Уж не хочешь ли ты доказать, что Зло и Добро — синонимы?

— Вы очень точно уловили суть проблемы, — без улыбки проговорил Олег, прислушиваясь к чему-то. — Извините. — Он вышел в светлицу, где пропел «Подмосковные вечера» телефон. Через минуту вернулся.

— Звонил заместитель Ираклия Кирилловича. Назревают какие-то события, вам советуют приготовиться.

Крутов кивнул, прислушиваясь к своим ощущениям. По спине вдруг забегали мурашки, а во рту появился кислый привкус — верные признаки того, что вторая сигнальная система организма поймала изменение психоэнергетических потенциалов данного конкретного уголка пространства и пытается предупредить хозяина. Это состояние еще нельзя было назвать инсайтом — озарением, но оно никогда Егора не обманывало, в чем он убеждался не раз.