Катарсис. Том 1

А что значит — выпустили по приказу?

Крутов помрачнел, невольно ощупывая ссадину на скуле, помолчал немного, потом коротко поведал Воробьеву историю своих злоключений.

— Н-да! — почесал тот затылок. — Крепко тебя обрабатывали! И очень неожиданно выпустили. Что собираешься делать?

— Сначала разберусь с этими служаками, — кивнул на связанных наблюдателей Крутов. — Затем посчитаюсь с местным ОМОНом. Терпеть ненавижу служебного произвола, хамства и унижения! После этого поеду в Брянск.

— Искать Лизавету, — докончил Панкрат с хитровато-простодушным прищуром.

— И молчи! — сурово сказал Крутов. — Сам-то на кого глаз положил? Смотри, майор, обидишь Лидуху — убью!

— А ты откуда знаешь? — округлил глаза Воробьев."

"— Она сама призналась. — Егор нехотя улыбнулся. — Видать, заинтересовал ты ее. Девчонка она интересная, слов нет, но лучше бы ты в ее сторону не смотрел.

— Это почему же? — осведомился Панкрат.

— Потому… ты же перекати-поле, нет? Один такой у нее уже был.

— Эх, не будь ты ее братом, полковник, дал бы я тебе! — вздохнул Панкрат.

— Помечтай, помечтай. Я тебя предупредил. Расскажи, как ты сам-то здесь оказался.

Воробьев дернул себя за ухо «фирменным» жестом, поколебался немного и ввел Крутова в курс здешних событий, рассказав о бое возле кургана, о потерях среди «мстителей», о посещении больницы в Фошне и о встрече с Лидой. Заканчивая рассказ, он вдруг смущенно посмотрел на Егора и сказал:

— Ты дурное в голову не бери, запала она мне в душу.

Крутов хмыкнул, смерил майора взглядом.

— Я не спрашивал, но, по-моему, нет. Да и кому она с двумя детьми нужна? Ты хоть знаешь об этом?

— Да хоть четверо!

— Такой ты у нас примерный отец? Ладно, хватит трепаться. Не об этом думать надо. Ты только что соратника похоронил, выяснять надо, ради чего он погиб.

Лицо Панкрата стало угрюмым.

— Выясню, не беспокойся. Всю душу вытрясу из…

— Эти ребята могут быть ни при чем. Что еще ты можешь сообщить по делу?

— Ты о такой организации — ФУМБЭП ничего не слышал?

— Нет. Что это за организация?

— Если бы я знал, не спрашивал бы. В зону рефрижератор заехал, водитель в черно-желтой форме, и эмблема у него на груди — шестиконечная звезда и эти буквы.

— Федеральное управление…

— Это и мы поняли.