Карт-Бланш для Синей Бороды

В доме витал кислый запах дешевого вина, а на столе стояла огромная деревянная кружка, перевернутая вверх дном, и растекалась темно-красная лужица.

– Мы прекрасно вас слышали, госпожа, не надо кричать на всю улицу, – попыталась я успокоить старуху. – Спасибо за добрые пожелания, и я, и милорд очень за них благодарны.

Усадив Вильямину на кровать, я поклонилась ей и хотела уйти, но старуха цепко схватила меня за подол.

– Он считает, что я лгунья, – захихикала она, – твой муж считает! Но ты-то знаешь, что я всегда говорю лишь правду.

– Да, вы это говорили, – припомнила я.

– Потому что Вильямина – не лгунья! – старуха засмеялась отрывисто, будто собака залаяла. – Ты всё позабыла. А ведь я много чего тебе тогда сказала.

– Я помню, про страхи…

– Которые люди сами себе придумывают! Но сейчас я тебе ещё кое-что скажу, Бланш Авердин!

– О, не стоит утруждать себя, госпожа, – попыталась отказаться я от предсказаний.

Кто знает, чего Вильямина наговорит под воздействием вина? Да и вообще – лучше не знать своего будущего, иначе настоящее может опротиветь.

– Вот уж дудки! Вильямина не будет молчать, когда дело касается жизни и смерти! – рявкнула предсказательница так, что я от неожиданности подскочила. – Я обязана предупредить, ведь ты скоро уедешь от нас, тебе и посоветоваться будет не с кем…

Меня не слишком поразили её слова – о намерениях графа уехать можно было догадаться, и если мне такое не пришло в голову, не значит, что Вильямина не подумала об этом.

– Будь там осторожней, – старуха схватила меня за правую руку и начала дергать за пальцы, – этой нежной ручке ничего не угрожает, так что не бойся, но не зевай, миледи! Вокруг тебя три змеи! Они танцуют на хвостах и пытаются укусить! У одной нет яда, и ты с ней справишься, если будешь умна и осторожна! А вот две другие…

– Три змеи? – переспросила я, пытаясь освободить руку. – Но сейчас зима, госпожа. Змеи спят.

– Они не спят, они танцуют! Потому что уверены в силе своего яда! – произнесла Вильямина грозно, а потом пьяно икнула, разжала пальцы и тяжело села на кровать.

– Я пойду, пожалуй, – пятясь к двери, я смотрела, как Вильямина повалилась на подушку и зевнула, провожая меня взглядом.

– Иди, миледи, – пробормотала она. – Зря ты такая недоверчивая. Потом опять ко мне придёшь… Обязательно придёшь…

Уже спускаясь по лестнице, я услышала храп, больше похожий на рычание, а внизу меня встретил граф де Конмор.

– Что случилось? – спросил он, хмурясь.