Карт-Бланш для Синей Бороды

Но неосторожными словами Пепе разбередил его душу. Бланш… Ах, эта маленькая Бланш… Он вспомнил, как чувственно она ерзала на нем, делая массаж. Как горячо было у нее между ногами! Просто чудо, что он не воспламенился под ней! Хотя, какое там воспламенился – она убаюкала его, как капризного малыша. А может, опоила каким-нибудь сонным вином? Если она стряпает шоколад, то может и в сонных снадобьях разбирается?

Только сердцем Ален понимал, что если в чём Бланш и поднаторела, то в совершении добрых дел, а никак не в зельях.

Вчера она ушла, думая, что он уже спит. И перед уходом поцеловала его. Алену казалось, что её поцелуй до сих пор горит на его плече. В тот момент он чуть не умер от счастья, даже не представляя, что тайные поцелуи женщины могут быть такими сладостными.

– Сэр Оуэн проявляет к миледи очень большое участие, – снова заговорил Пепе. – Хотя она сдержана с ним.

– Ты уже сто раз говорил мне, что встреча в Ренне была случайной.

– Говорил, – согласился слуга. – А теперь я думаю, она не была случайной.

– Оуэн?

– Да ещё и соврал, что это вы поручили ему присматривать за ней.

– Мальчишка влюблен по уши, – проворчал граф и добавил тише: – И его трудно не понять…

– Но если вы соблазните леди Бланш так же, как леди Милисент…

Ален открыл глаза и посмотрел на слугу с раздражением:

– Заткнись, Пепе!

Слуга предпочел не заметить этого взгляда и продолжал:

– Если соблазните, то вряд ли после этого сэр Оуэн будет испытывать к леди Бланш те же самые чувства, что теперь.

Ален схватил со стола лук и наотмашь вытянул болтливого слугу вдоль спины. Удар не получился, да и Пепе успел отпрыгнуть, вовремя заметив опасность.

– Не смей говорить, что я желаю ей зла! – сказал граф, тяжело дыша и бросая лук. – И не ровняй её с Милисент, если не хочешь получить ещё палки.

– Ого, как вы разозлились, – сказал Пепе, ничуть не испугавшись.

Только сейчас Ален понял, что схватил лук правой рукой. Он пошевелил пальцами, и не почувствовал привычной боли.

Она и в самом деле почти прошла после того, как жена сняла с него браслет. По-крайней мере, теперь он спал спокойно до утра. Правда, сны ему снились вовсе не спокойные. В них Бланш тоже сидела на нем верхом, но только лежал он не на животе.

– Да она чудесница, – заметил Пепе.