Как Лыков не стал генералом

И расстроил его свадьбу, заставил государя задним числом отменить обещание. Чем лишил, дурень, сына нормального семейного счастья с любимой женщиной.

– А теперь вы сомневаетесь, что гусар вообще мог кувыркаться в разгульных номерах со шлюхой? И что коридорный и содержатель номеров ошиблись?

– Нет, ошибиться эти двое не могли, они видели именно Николая Николаевича Младшего. Но это странно и на него не похоже. Надо выяснить, в чем тут дело.

– Например, он мог поссориться со своей пассией и назло ей гульнуть на стороне, – предположил Алексей.

– Весьма правдоподобно, – сказал Благово. – Иди и разузнай.

– А как он это сделает? – полюбопытствовал директор.

– Через ту же агентуру, как же еще.

Дурново и Благово оба были в прошлом морскими офицерами. Когда в 1881 году они сошлись в Департаменте полиции, между ними началось соперничество. Но Петр Николаевич быстро взял верх. А Павел Афанасьевич признал его первенство, мотивировав это Лыкову неожиданным для того аргументом:

– Он дольше меня плавал, был и в Тихом океане, и в Атлантическом.

Конечно, пальма ему!

Однако в сыскном деле превосходство Благово над всеми другими чинами департамента, включая и директора, никто не оспаривал. Поэтому он иногда позволял себе говорить с шефом в поучительном тоне…

Все, кому полагалось, знали, что сила Благово была в его осведомленности. Хоть он и приехал в Петербург уже в высоких чинах, но сумел быстро создать здесь личную агентуру. Она была немногочисленна, всего около тридцати человек, но проникала в самые разные сферы жизни.

Среди нее были и маркер темной биллиардной, и половой уголовного трактира, и управляющий Малым двором[11], и балерина Александринского театра, и директор департамента важного министерства, и камердинер иностранного посла. Денег эти люди просили мало, им скорее нужны были разные услуги, которые трудно получить законным путем. Павел Афанасьевич постоянно за кого-то просил. Если начальство спрашивало, зачем ему это, он отвечал: чтобы иметь нужные сведения. И часто его источники решали исход дела. Лиц из этой агентуры, кроме действительного статского советника, знал только Лыков – шеф постепенно передавал ему свой «золотой фонд».

Увидев недовольство директора, Благово счел необходимым пояснить:

– Я вызову генерала Галла, расспрошу его о том, что творится в Царском Селе и в Знаменке[12]. Алексей же Николаевич поедет знакомиться с полковыми проститутками гусарского полка.

Лыков даже не удивился, он привык к подобным поручениям.