Измена. Тонкая грань

Но и не признаёт."

"– Это ещё не все фотографии, Герман, – проговорила, отмечая, как муж напрягся.

Значит, уже есть что скрывать?

– Смотри, вот это фото она выложила чуть позднее. Сопроводив надписью «жду любимого» – подвинула к нему экран поближе, внимательно отслеживая реакцию. Он искренне удивился. Брехня с её стороны, как я и предполагала.

– Маш! Что за ерунда? – возмутился Герман, продолжая, – вот уж не ожидал от тебя столь дешёвой проделки! И кстати, зачем ты это фото пересылала Карин? Она мне его переслала с вопросом: «Зачем твоя жена шлёт такое?»

– Стоп.

Дышала размеренно, стараясь унять боль в груди. Вот тварь, а?

Герман, задумавшись на секунду, разблокировал свой телефон и подал мне, открыв предварительно переписку.

Сообщение такое было, это верно. Дурацкая фотография с идиотской подписью. И смайлики!

Но меня заинтересовало следующее, другое сообщение. Выше обсуждаемой фотографии: «Герман! Какие красивые у тебя руки! Пришли мне, пожалуйста, фото своего указательного пальца!»

С–с–с–с–стервь! Аж кровь бросилась в лицо. И ярость всколыхнулась пожаром, сжигая цивилизованность на своём пути.

Разодрать, расцарапать, убить сволочей! Вот тем ножом!

С такой силой сжала чашку в своих руках, что она лопнула, и горячим плеснуло мне на колени.

– Маш! У тебя кровь! – вскрикнул Герман, не подозревая, что был на волосок от моей ярости.

Но боль в ладони охладила меня, и красная пелена схлынула, прочищая мозг.

Ещё не хватало в тюрьму из-за козла садиться и детей сиротами оставлять!

– Передай своей подружке, что она старается не в том направлении. Я не собираюсь бороться с ней за тебя. Потому что не считаю тебя безвольным и бессловестным призом, и это, в-третьих! – Сказала твёрдо, крепко перехватив ладонь кухонным полотенцем и останавливая кровотечение.

Герман сидел бледный и встревоженно смотрел на меня.

– Ты сделал свой выбор, Гер! Давай разойдёмся, как цивилизованные и нормальные люди. Давай останемся не врагами друг другу! Уходи к ней! Я отпускаю тебя, и держать не собираюсь. Прошу тебя, ради сохранения человеческих нормальных отношений, уходи! Не хочу быть врагом отцу моих детей, – сказала я и направилась в комнату.