Изгнанник Ардена

Они вернулись к карете, на которой приехали в яблоневый сад, и всю дорогу до штаба гильдии провели в полном молчании, думая каждый о своем. Стоило им переступить порог дома, как на улице разразился оглушительный гром и полил дождь, мигом оросивший землю живительной влагой. Сердце Адалины вторило раскатам грома.

– Мой принц, леди Адалина, – поприветствовала их Флоренс, стоявшая у двери гостиной, будто ждала их возвращения.

Тристан бросил на нее вопросительный взгляд, и та едва заметно кивнула. Он повернулся к Адалине.

– Не возражаешь, если мы с Фло поговорим наедине? Это касается дел гильдии.

Адалина поблагодарила его за приятную прогулку и направилась к себе, борясь со странным дурным предчувствием. Окна в комнате были открыты, а в вазе на столе благоухал букет фиалок. Видимо, пока они гуляли, приходила служанка и навела в доме порядок.

Адалина села за письменный стол, попутно расшнуровывая ворот платья. Она наклонилась к вазе, чтобы вдохнуть цветочный аромат, как вдруг заметила, что ее шкатулка сдвинута на несколько сантиметров.

Облегченно выдохнув, Адалина переоделась в платье из тонкого шелка и уже собиралась пойти вниз перекусить, как в комнату вошел Тристан, преграждая ей путь.

– Ты снова не постучался, – сказала Адалина, но он никак не отреагировал.

Он вновь натянул на лицо безучастную маску и прожигал ее холодным взглядом, словно не было между ними ни откровенных разговоров, ни трепетного поцелуя.

– Я долго ломал голову, пытаясь разобраться в твоей истории, и наконец сложил мозаику.

Тристан вытащил руку из-за спины, и Адалина чуть не упала, увидев, что именно он держит.

– Что это значит? – Она в ужасе обернулась на запертую шкатулку, и жестокая догадка обрушилась на нее подобно беспощадной лавине. – Ты специально позвал меня на прогулку, чтобы Флоренс могла беспрепятственно покопаться в моих вещах? – спросила она, не в силах скрыть разочарования и боли.

– А ты что думала? Что я позвал тебя на свидание? – спросил он с ледяной усмешкой и помахал письмом перед ней.

Глава 23"

"Ложь, манипуляции, интриги и предательства – все это Тристан проделывал сотни раз и ни разу не испытывал мук совести.