Изгнанник Ардена

Сходство арденийской девушки с той, о ком пела и плакала его душа, было для него сродни снадобьям из соцветий дурмана: они лишь маскировали боль сладким дурманом, но не заживляли гниющие раны. Тристан смотрел на Энни и в ее лице отчетливо видел черты Анны, но от этого ему делалось только хуже.

Он проводил ее взглядом, пока она не спустилась по деревянной лестнице, покачивая стройными бедрами, и не услышал приглушенный слабый голос.

– Кто-нибудь…

Жалобный, полный страдания голос вырвал его из плена горьких воспоминаний.

Волнение за Адалину оттеснило все другие чувства. Тристан отвернулся от лестницы и стремительно зашагал в сторону ее комнаты.

Глава 16"

"Адалина не могла уснуть, сколько бы ни пыталась. В комнату из окна проникал и свежий воздух, приносящий с собой упоительный аромат лесной хвои и зелени, и стрекот сверчков, которые своими песнями словно приветствовали летнюю ночь. Все в этом месте казалось умиротворяющим, но Адалина не находила покоя.

И не только из-за боли в ране.

Она переживала о будущем.

О том, что Тристан вряд ли будет и дальше нянчиться с ней, как с малым ребенком, и попросит где-нибудь затаиться, пока не отыщет Бернарда Этира. Скорее всего, он посоветует ей остаться в Ардене. Рано или поздно Адалине все равно пришлось бы пойти своей дорогой, но, обретя союзника в лице Порочного принца со скверным характером, но таким добрым сердцем, она не хотела вновь столкнуться с одиночеством.

Она перевернулась с бока на спину, кряхтя от боли словно старуха, и снова попыталась уснуть.

Попробовала даже мысленно посчитать овец, но ничего не вышло. Во рту пересохло, а в горле стоял ком. Адалина приподнялась на локтях и осмотрела залитую лунным светом комнату в поисках графина с водой, который обнаружился на столике у противоположной стены.

– Придется встать, – пробормотала она и откинула одеяло.

То, что это не самая лучшая ее идея, Адалина поняла, только когда с великим трудом спустила ноги на пол и, уперевшись ладонями в матрас, начала вставать. Бок пронзило с новой силой, и она тихо вскрикнула.

В теле после четырех дней, пока она лежала без сознания, все еще ощущалась слабость.

Она не сможет дойти до стола самостоятельно и просто распластается посреди комнаты.

– Тристан, – охрипшим голосом позвала Адалина, надеясь, что бревенчатые стены не слишком толстые и он ее услышит. Но в соседней комнате стояла тишина.

Она повторила его имя громче, а потом и вовсе постучала по стене.

По-прежнему никакого ответа.

– «Зови меня.