Изгнание беса (сборник)

С перепою, что ли? Глюки у тебя начинаются»… И лицо у него было такое, как будто он пропесочивал подчиненного. И как Лидочка недовольно спросила: «Куда вы, мальчики, подевались»? И как Харитон, будто списывая все происшедшее, махнул рукой: «А… тут было одно дурацкое дело»…

Жест был особенно выразителен. Сергей, вспомнив его, едва не застонал от позора, но почувствовав испытующий любопытный взгляд Котангенса, все же взял себя в руки, ответив, как можно более беззаботно:

– Погорячились немного… Решили проверить готовность нашей милиции…

– Ну и как готовность?

– Готовность на высоте…

Котангенс пожал плечами.

– Милиция, насколько я понимаю, ничего обнаружить не может. Трое суток прошло, пока – никаких результатов. Спрашивать с них, конечно, необходимо, хорошо, что и мэр подключился к этому делу, но мне кажется, что задействованы они немного не так, здесь не столько оперативники требуются, сколько психологи. Маргарита Степановна, пожалуй, права. Философия детства. Вот вы, Сережа, беседовали со своими учениками?

– Попытался, – неловко ответил Сергей.

– Ну и как?

– Да никак – мнутся, гнутся, увиливают. Ничего существенного я не выяснил…

– Вот-вот, – очень уныло сказал Котангенс. – Я ведь, знаете, тоже разговаривал со своими. Вы, наверное, помните: есть у меня группа… поклонников. Математика, турпоходы, ориентация на науку. Кажется, сложились уже доверительные отношения. Тем не менее, как вы выразились, – мнутся, гнутся. Я им – про анализ, и про сопоставление фактов, а они – переглядываются и смотрят в землю, я им – про беспощадность познания, а они – как будто вчера об этом услышали.

Котангенс был удручен.

Сергей сказал вежливо:

– Не расстраивайтесь, Арнольд Петрович, ребята вас любят. В школе только и разговоров, что о математической секции. Подражают, стремятся, чтоб вы их заметили…

– Именно, что подражают, – сказал Котангенс. – Ходят зимой без пальто, курить многие начали. А – не любят, уж это я чувствую. Впрочем, как и наши так называемые педагоги.