Изгнание в рай

Не подойдет – поедем на Сицилию. Или в Испанию. Или на Кипр."

"Не удержался, добавил:

– Я хоть и питаюсь с удовольствием твоими сосисками, но человек не бедный. Любое место в мире себе могу позволить. Может, только кроме Куршевеля или Лазурного Берега.

– Ох, опасные ты вещи говоришь, – улыбнулась она. Растопырила свои пальчики без маникюра. – Смотри, сейчас как разохочусь! Как вцеплюсь в твои богатства!

Но немедленно смутилась, объяснила:

– В смысле… я имела в виду, мне все время хочется – тому помочь, этому…

– Обязательно, Кнопка! Мы обязательно будем всем помогать, – заверил он.

И еле заставил съездить в хороший магазин, купить в дорогу удобные брюки на резинке, мокасины, комбинезон.

…В Европе бедная Кнопка ужасно стеснялась. Все время ей казалось, что говорит или делает она что-то нелепое. Да и языков бедняжка не знала – совсем, даже кофе себе не могла заказать. Ни на английском, ни тем более на итальянском. Михаил с разговорным инглишем тоже не дружил.

Михаила происходящее веселило. А Ниночка страдала, хваталась за голову:

– Миш, как мы тут жить-то будем, если совсем их не понимаем?

– Брось! Язык учится за полгода.

– Мы будем говорить по-итальянски, но не начнем их понимать! – убежденно возражала Кнопка. – Тут все такое чужое…

– Ну, тогда давай возвращаться в Россию, – усмехнулся он. – Поедем к Агафье Лыковой, в ее таежный тупик. Там дом и построим.

– Миш, а у меня другая идея есть, – робко произнесла Нина. – Ты только сразу смеяться не начинай, ладно?

– В Африку зовешь?

– Нет. В Болгарию. Помнишь, я тебе рассказывала, как еще в детстве моря испугалась? Это там было.

Обняла его, взглянула просительно:

– Давай туда съездим, а?

– Ну, Нинок, ты меня разочаровала, – вздохнул Михаил.

– Зато здесь море глянцевое, ненастоящее, как на картинке. А там бурное. И язык понятный. «Яйца на очи» – яичница. «Плод зеленчук» – овощи-фрукты. И если у тебя на колготке дырка, никто не кривится.

– Я понял. Тянет тебя на колхоз, – печально подвел он итог.