Избранный?! И в этом?! Снова?!!! (СИ)

А вот за столом Рэйвенкло и Слизерин без этой процедуры к ужину не приступил ни один из учеников, даже малолетки, только что прибывшие в Хогвартс, если, конечно, можно назвать только что прибывшими тех, кто отучился в этой школе уже весь учебный год.

Гарри это отметил и снова погрузился в своё отрешённое состояние, не обращая внимания на подругу, которая переключилась с Рона на него, заметив, что он так и не съел ни кусочка.

Конец ретроспективы.

Тогда, Гарри лишь отметил этот факт, но не особо обратил внимания, но последующие несколько дней, что оставались студентам до отправки Хогвартс-Экспресса из Хогсмида в Лондон, он периодически замечал эту странность, присутствуя на завтраках-обедах-ужинах, и всё повторялось.

«Проверяют еду на яды? Глупо. Кто их будет травить в Хогвартсе?» — подумал он тогда, но уже через пару секунд вдруг задумался.

«А почему нет? Правильно Невилл сказал, мало ли кто захочет пошутить за твой счёт. Отравить, может, и не отравят, но вот сколько над малышами издевались близнецы Уизли, подливая в кубок с соком или в тарелки с едой свои экспериментальные штучки? А кто мог дать гарантию, что они полностью безопасны? Собственно, парни таким незамысловатым образом и тестировали свою продукцию для будущего магазина. Нам всем было смешно, а каково было жертвам их шуток? Скольких детишек после неудачной апробации, когда зелье давало совсем не тот результат, что планировался, выхаживала мадам Помфри? А ведь никогда на эти уловки не попадались ни Рэйвенкловцы, ни Слизеринцы.

Но особо раздумывать над этим было уже поздно. Это был их последний день в этом учебном году, и уже на следующий он оказался в своей комнате на втором этаже в коттедже по адресу: Англия, Суррей, Литлл-Уингинг, Тисовая улица, дом 4.

И снова погрузился в боль от потери крёстного, чему только способствовали грубые напоминания об этом эпизоде членов Ордена Феникса на платформе при разговоре с Дурслями."

"Сейчас Гарри покинул дом глотнуть свежего воздуха, он много часов слонялся, как тень, по городку и теперь, бездумно смотря вдаль, сидел на детских качелях в парке. В голове было пусто до звона.