Истребители. Трилогия

Андрей остался сидеть на дереве отслеживая обстановку вокруг, мы с батей, летчиками и Толиком занялись подготовкой к отплытию. Половину трофеев что мы, вернее Степка собрал с уничтоженного поста, батя невозмутимо приказал сгрузить на остров, обозвав нас «барахольщиками». На освободившееся место мы загрузили баулы, освободив довольно много свободного пространства. Фактически на катере теперь ничего не осталось, все в лодках. В лодки так же загрузили все трофейное оружие, за двумя карабинами даже пришлось нырять, оставлять ничего не стали.

Перед самым отплытием командир приказал облачиться в трофейную форму, пришлось подбирать каждому, чтобы подошла, благо было ее с избытком.

Через час, когда мы закончили, среди деревьев показались фигуры спешивших Степана и обоих дядек.

– Отходим! – скомандовал майор Суворов, первым взбираясь на борт катера.

Резиновую лодку сдули и убрали в один из баулов на катере, так что у нас было две лодки. Трофейная немецкая, побитая пулями набирала воду, поэтому ее бросили рядом с трупами.

Как только катер вышел на воду протоки и потащил за собой лодки, я осмотрелся. Распределились мы довольно разношёрстно. На картере Степка за штурвалом, у пулемета Казанцев с Далем. У рубки с картой в руках, майор Суворов, на корме с автоматом подполковник Васнецов. В первой лодке на прицепе, я с Толиком, оба с автоматами, за нами Андрей и батя с МГ. В общем, готовы к отражению нападения.

Куда мы шли я был не в курсе, командиры, посовещавшись, повели караван куда-то в сторону границы.

– Река, – крикнули нам с катера.

С территории болот мы вышли к обеду, они, кстати, оказались больше, чем мне казалось раньше. Карта не давало того масштаба чтобы представить себе территорию этого заболоченного района. Там был даже заболоченные лес, который мы обошли по окружной протоке. Их было действительно много, целый лабиринт из берегов в виде камышей, протоки то сходились, то расходились. В одном месте мы выплыли на перекресток из семи проток, но все равно уверенно двинулись по третьей.

Я же говорю, маршрут был заранее продуман. Как дядя Женя не заблудился, не понимаю, но с картой он обращался уверенно, и похоже твердо знал куда править.

– Что он сказал? – не расслышал Толик.

– Говорят, на открытую воду выходим, река.

– Понятно, – кивнул он, и поправил ворот форменного мундира.

Ему единственному из всех достался мокрый немецкий мундир. К сожалению остальные ему не подошли. Танкист.