Истребители. Трилогия

– Как ни странно, но довольно оживленно, – с заметным беспокойством ответил редактор: – Нет, я конечно понимаю, приказ, и все такое, но выпускать в эфир в таком состоянии?!..

– В каком смысле? – не понял Мерецков.

– Так он же пьяный, на ногах еле стоит! Вы что, не видели?! – не понял Симонович.

– Пьяный?! Черт! Он же в ледяной воде был! Как я сразу не догадался! А он точно?..

– Точно. Правда, во вменяемом состоянии.

– Я же запахи вообще не различаю после гайморита!..

– М-да…

– Так какого же хрена ты его в эфир выпустил? – начал заводиться комиссар, ища крайнего.

– Я выпустил?! Так это ваш приказ! Я не мог не исполнить его! Вы тут старший!

– Товарищи, там летчик Суворов такое рассказывает, – окликнула их одна из служащих радио. Не сговариваясь, оба бросились к репродуктору, где звучал молодой веселый голос.

Как только я сел на стул перед микрофоном, то непроизвольно икнул. Диктор, сидевший напротив, за другим микрофоном, принюхался, и с каким-то испуганным изумлением посмотрел на меня, продолжая вести передачу.

"– … и вот товарищи у нас в студии дважды Герой Советского Союза летчик-истребитель, капитан Вячеслав Суворов. Здравствуйте, Вячеслав Александрович, вы… – диктор быстро зашуршал бумагами с текстом, которые ему минуту назад положили на стол, – только что вернулись с вылета и даже сбили четыре самолета противника. Не расскажите нам об этом подвиге?

– Рассказать? Почему нет?

Быстро, достаточно точно расписал бой от начала до конца, покорив себя за невнимательность.

Дослушав меня, диктор сказал:

– Как вы нам обещали, сейчас прозвучит один из юмористических рассказов…

– Рассказов? Почему нет? Сам я его слышал лишь однажды, но запомнил на всю жизнь.

Называется он «Кошелка». Вообще-то текст должны озвучивать два человека, но я постараюсь работать за двоих. Два героя. Следователь и подследственный.

Следователь опытный сотрудник, у подследственного картавость и нервный тик, глаз дергается. Значит, давайте представим, что мы находимся в следственном изоляторе:

– Подследственный? – интересуется следователь, перебирая папки на столе.

– Угу!

– Садитесь.

– Спасибо, еще насифусь, – прокартавил подследственный.

– Вот дело ваше изучаю.

– Угу.

– Рассказываете, как все было?

– Как было, как было? Обыкновенно было.