Истребители. Трилогия

Не знаю что именно подействовало, но почти мгновенно, как будто зенитчики этого дожидались, все стихло.

– Блин. Надо было тебя раньше прибить пообещать, – оставил я за собой последнее слово.

– Прибилка не выросла! – не отстал дежурный.

Крепко сжав зубы я промолчал, по-другому отвечу.

Снижаясь, мы подождали пока лейтенант посадит подбитый истребитель, и освободит полосу, стали заходить на посадку. Сели мы не на новое место временного базирования, а на большой аэродром в пригороде. Докатившись до большой башни со следами налета, были выбиты окна и стены издырявлены крупнокалиберными пулями, я загнал машину к остальным.

– В чем дело? – добежав, первым делом спросил я.

Оказалось лейтенанта все-таки ранили.

– Неделю летать не будет. Большая кровопотеря, – сказал осмотревший Мельникова врач.

– Вы командир? – отвлек меня командный голос из шума толпы окруживших раненого и его машину бойцов обслуги.

Обернувшись, я увидел лейтенанта НКВД с двумя бойцами с красными повязками дежурной смены на рукавах.

– Да, это я и есть. Капитан Суворов. Вот мои документы и приказ, – ответил я.

– Точно. Суворов, а я смотрю на кого вы похожи, – улыбнулся лейтенант, но документы изучил очень внимательно.

Поставив Степку старшим, я велел замаскировать машины на краю летного поля, подальше от зениток. Обычно именно на них приходиться первый удар, так что укрывать истребители возле зениток это большая ошибка.

Не смотря на то, что директивы были приняты недавно, на аэродроме царил образцовый порядок. Было видно, что местный хозяин на своем месте.

«А это видимо он едет» – подумал я, заметив две «эмки» направлявшихся к нам.

Увидев, кто вылезает из второй машины, я невольно улыбнулся. Никифоров. Так вот куда отправили мой полк, в котором я служил до ранения. Теперь мне была понятна эта странная на первый взгляд дисциплина и маскировка аэродрома. Тут стоял моя родная часть в которой я начинал службу. Ко мне шагали майор… уже подполковник Рощин и остальные командиры полка. Со всеми я был знаком, так что не обошлось без похлопывания ладонями по спине когда мы обнимались.