История любви леди Элизабет

Начиная с ее отца и брата, кончая виконтом Мондевейлом, который хотел жениться на ней, и Яном Торнтоном, который не хотел. Единственным человеком, на которого она могла положиться и который будет таким же надежным и в своих действиях, был ее дядя. По крайней мере, он был постоянен в своей бессердечности и холодности.

Желая поскорее скрыться в спальне, Элизабет как только переступила порог дома, холодно пожелала спокойной ночи, затем прошла мимо кресла с высокой спинкой, даже не заметив сидящего в нем священника, наблюдавшего за ней с выражением недоумения и беспокойства на лице.

– Я полагаю, прогулка была приятной, Ян, – сказал он, когда наверху за ней закрылась дверь.

Торнтон слегка задержал руку, наливая остатки кофе в кружку, и оглянулся. Один взгляд на выражение лица дяди сказал ему, что старик хорошо знал, что желание, а не свежий воздух, заставило Яна взять Элизабет на прогулку.

– А как ты думаешь? – раздраженно спросил он.

– Я думаю, ты постоянно и намеренно расстраиваешь ее, обычно ты не ведешь себя так с женщинами.

– Элизабет Камерон не относится к обычным женщинам.

– Я полностью согласен, – сказал священник с улыбкой в голосе. Закрыв книгу, он отложил ее в сторону. – Я также думаю, что ее влечет к тебе, а тебя к ней. Это совершенно очевидно.

– Значит, человеку с твоей интуицией должно быть ясно, – жестко сказал Ян тихим голосом, – что мы очень плохо подходим друг другу. В любом случае это решенный вопрос, я женюсь на другой женщине.

Дункан открыл рот, увидев выражение лица Яна, и отказался от комментариев.

Глава 17

На следующее утро на рассвете Ян ушел на охоту, и Дункан воспользовался его отсутствием, чтобы попытаться получить от Элизабет некоторые ответы на волновавшие его вопросы. Неоднократно и безуспешно пытался он расспросить о первой встрече с Яном в Англии, какую жизнь она вела там и так далее. Однако к концу завтрака получил лишь самые короткие и поверхностные ответы – ответы, как он чувствовал, должны были заставить его поверить, что ее жизнь была веселой, и пустой, и очень приятной.

В надежде, что Элизабет будет с ним откровенной, если лучше поймет Яна, Дункан зашел так далеко, что объяснил, как племянник преодолел свое горе, когда погибла его семья, и почему он отказался от собаки. Хитрость не удалась, хотя девушка и проявила некоторое сочувствие к судьбе Яна. Все же Элизабет не была склонна рассказать о себе больше, чем уже рассказала.