Моя по праву

Маленькое тельце напрягается. Ручонки тянутся вперед. Бьют по воде. И я точно знаю, что произойдет дальше.

Предупредить Славу? Или пусть испугается?

Градов пребывает в блаженстве. Не скрывая любуется сыном. Потом залипает взглядом на моей груди, облепленной мокрой майкой.

Неожиданно это выводит меня из себя. Какого вы себе позволяете, Ростислав Владимирович?

Вздыхаю, стараясь унять легкое раздражение. И неожиданно пропускаю тот момент, когда Сашулька одним рывком падает в воду. Ныряет в глубь. Сколько там надо для маленького ребенка! Проплывает под водой до противоположного бортика и, вынырнув, подпрыгивает около бортика.

– Молодец, – смеясь хвалю сына.

– Охренеть, зайчона! Могла бы предупредить… Я чуть с ума не сошел, – ворчливо признается побледневший Ростислав. Недоверчиво смотрит на меня, затем на ребенка. И выдыхает порывисто.

– Влада, он точно будет чемпионом. Такие данные! Санек, ты просто герой…

– Мы носим его в бассейн. Там тренеры занимаются…

– Наймем самых лучших.

– Градов, – спокойно зову любителя перевернуть все с ног на голову.

– Что? – поднимает на меня взгляд, полный восторга.

– Отвали, – прошу негромко. – Сашулька – всего лишь ребенок…

– Да я чуть в штаны не наложил. Уже хотел первую помощь оказывать. А потом увидел как он плывет… Санек, все олимпийские медали твои, – выдыхает ошеломленный папаша.

– В олимпийский комитет позвонишь? – спрашиваю ехидно."

"– Осторожнее, Влада, – предупреждает Ростислав. – Я еще после виниров не отошел.

– Прости, наверное, нужно было тебя предупредить, – спохватываюсь, замечая, как малыш снова забирается на полку. И тот час же прыгает вниз.

– И как долго это будет продолжаться? – переводит недоверчивый взгляд с ребенка на меня и обратно.

– Пока ему не надоест, – пожимаю плечами.

– Слушай, а это не опасно?

– Он все делает правильно. А я слежу…

– Что-то мне не нравится, – обескураженно наблюдает за сыном Ростислав. А тот деловито взбирается на бортик и снова ныряет.

– Я не могу на это смотреть, – честно признается Градов. – Санек у нас страха не ведает. А у меня руки дрожат.

– Сможешь отнести его в кроватку? – протягиваю белоснежное махровое полотенце.

– Конечно, – вздыхает Ростислав. И взяв сына на руки, лишь на секунду закрывает глаза. А малыш, хлопая мокрыми ресницами, устало прижимается к отцу.

– Влада, смотри, он зевает, – восторженно тянет Градов.

Прикусываю губу, чтобы не рассмеяться.