Моя по праву

Запинаюсь как идиот на каждом слове. И как только свои миллиарды заработал! Но с Владой всегда так. С первого дня как увидел, не могу мыслить связно. Только и думаю, как затащить в койку. Так что… оговорочка по Фрейду!

– Я как всегда во всем виновата, – горько замечает Влада, пытаясь вытащить ладошки из моего захвата. Но все бесполезно.

– Конечно, ты! – вздыхаю тяжко. – Когда ты рядом, я вообще ничего не соображаю. Просто как слон мычу…

– А слоны мычат? – вскидывает на меня недоверчивый взгляд, больше похожий на темный омут.

– Еще как! – подхватываю глуповатую шутку. И не могу разжать пальцы. Кажется, выпустишь и жизнь уйдет.

– Давай поговорим, – просит настойчиво Влада. Сердясь, дергается в моих руках.

Ослабляю хватку, давая свободу. Птичка, бьющаяся грудью о прутья клетки мне не нужна. Силой точно никого не удержать рядом.

– Потом разберемся – мотаю головой. – Сейчас важнее обеспечить безопасность. Володю этого поймать. Он же в доме все ходы и выходы знает.

– Почему именно Володя? – шепчет Влада.

– Пока разбираемся, – роняю напряженно. И сам себя корю за излишнюю болтливость. Осторожно прижимаю Владу к себе. Мне нужно чувствовать ее тепло. Ее дыхание. Иначе свихнусь."

"Мягко веду ладонью по спине. Касаюсь губами шеи, затем виска. Чувствую как бьется маленькая жилка. И готов расшибить башку, но вытащить любимую и сына. – Нет ни у кого мотивов. А у кого они есть – не при делах. Пытаюсь найти ниточки.

– Никто не сможет разобраться, кроме нас самих. Только мы знаем все подробности, – робко проводит она по моему плечу. Будто пытается на ощупь понять, настоящий ли я? Из плоти и крови.

– Ошибаешься, – глажу по голове. Легко касаюсь мягких волос. Кажется, мир останавливается. Делает паузу. Вдохни! Почувствуй настоящую жизнь!

Ни власть, ни бабки… А любимая женщина. Только моя!

В штанах становится тесно.

– Тебе по завещанию Марка и Галины половина дома завещана. Ты в курсе?

– Впервые слышу, – охает Влада, без сил опускаясь на кровать. – Как? Зачем? Они и так много для меня делают…

– Вот видишь, – усмехаюсь устало. – А они давно завещание составили…

– Когда? – обхватив горло рукой, тихо спрашивает Влада. Слезы в глазах и растерянность говорят лишь об одном. Так сыграть невозможно.