Наследник для чемпиона

То, что было сказано вчера, и сегодня… Теперь я знаю, что никогда не стоит делать скоропалительных выводов. Порой словам стоит «отлежаться» у нас в голове. И в душе. Иногда только спустя время можно понять, что они значили совсем не то, что ты на эмоциях подумал. Или же значили намного больше.

В последнем признании Тихомирова чувствуется этот вес.

Для него это тоже не просто слова, иначе он бы их никогда не сказал.

34

Птичка

Тимур, очевидно, догадывается, что мне нужна передышка. Поэтому предлагает приступить к завтраку и сам начинает есть.

Откладываю вилку и замираю неподвижно.

— Ешь, — указывает он мне, как я не раз — Мише.

— Я больше не хочу.

— Не хочу или не могу?

Вот зачем он так смотрит на меня? Сам же все понимает.

— И то, и другое.

Мы замолкаем, и эта тишина ощущается куда более неловкой, чем все возможные слова.

Неужели еще не насмотрелся?

— Иди сюда, Птичка.

Я чувствовала, что он это скажет. Я читала это в его глазах. Я пыталась это игнорировать.

Когда же Тимур складывает свой призыв в слова, не могу не подчиниться. Поднимаюсь и, пошатываясь, медленно передвигаюсь по направлению к нему. Мало того, что ноги утратили привычную твердость, так еще яхту на волнах раскачивает. В конце короткого пути теряю равновесие и заваливаюсь Тимуру на колени. Он ловит меня, я тут же ощущаю жар его рук на своей спине. И сам он… очень горячий. Все время этому изумляюсь. У меня от Тихомирова тактильный удар. Бывают тепловой и солнечный, а у меня подвид — повторяющийся тактильный.

— Полина, — зовет Медведь.

Дождавшись, когда я шумно вдохну и подниму взгляд, притягивает меня еще ближе и целует. Я помню о том, что могу оттолкнуть его, но мне совершенно не хочется этого делать. Как ни прислушиваюсь к себе, единственное желание, которое рождает у меня этот поцелуй — чтобы Тимур продолжал меня касаться.

И он продолжает. Плавно скользит горячими ладонями по моим плечам и рукам.