Ирландская роза

– Даже если вы броситесь мне в ноги и на коленях будете молить меня исполнить свой супружеский долг, – мрачно пообещал он, – то я все равно не сделаю этого, пока не родится ребенок. Даю вам слово джентльмена.

Потом он окинул Кэтрин презрительным взглядом и ядовито добавил:

– И слово это мне будет нетрудно сдержать! – Кэтрин усмехнулась и отошла от Хью подальше.

Она понимала, что, став его женой, вынуждена будет подчиняться его желаниям и капризам. Если бы только она могла добраться до дома… Но Тирон по праву принадлежит ее сыну, и она хотела, чтобы он унаследовал его.

«Что же делать? Лучше уж этот О'Нейл, чем Терлоу или какой-то неизвестный англичанин», – с горечью подумала она.

Кэтрин резко повернулась к Хью, и тот вздрогнул от неожиданности, поскольку в это время откровенно любовался фигурой своей будущей жены. Поймав его взгляд, Кэтрин зло сощурилась, однако ничего не сказала. Вновь подойдя к Хью, женщина решительно посмотрела ему в глаза.

– Хорошо, – заявила она.

– Не скрепить ли нам это соглашение поцелуем? – предложил он, и глаза у него заблестели.

Кэтрин замерла, а потом отступила на шаг назад.

– Когда будут подписаны все документы, – ледяным тоном ответила она.

Глядя в ее взволнованное лицо, Хью почувствовал, что теряет голову. Глаза Кэтрин были прекрасны, как зеленые просторы Ирландии в солнечный день. От этого колдовского взора тело Хью начало пылать и кровь закипела в жилах.

Кэтрин не могла пошевелиться – и чувствовала, как уступает страстному призыву мужчины. По телу ее разлилось удивительное тепло, ноги подкосились, но рука Хью, крепко обнимавшая Кэтрин, не давала ей упасть.

– Отпустите меня, – выдохнула она.

Но он не собирался разжимать объятий.

Отрезвило Хью лишь холодное прикосновение острого клинка, приставленного к его горлу.

– Откуда?.. – только и смог прохрипеть он изумленно.

– Я взяла нож сегодня за обедом.

Стиснув рукоятку ножа, Кэтрин отступила на несколько шагов, но взгляд ее не отрывался от губ Хью. Боже, помоги ей! Ее неудержимо влекло к этому мужчине!

Изо всех сил пытаясь сохранять достоинство, Кэтрин швырнула нож на стол, развернулась на каблуках и гордо выплыла из кабинета.