Интерлюдия смерти

— Ты не ранена?

— Нет. — Ева наклонила голову. Тряхнула копной мокрых волос, с которых по лицу стекали струйки воды из противопожарного рассекателя. — Пожалуй, легкая контузия — в ушах звенит. Ты не обгорел? — вставая на колени, она одновременно заботливо ощупывала его тело.

— Мне-то ничего. А вот этому номеру конец. Ладно! Слава богу, мы в порядке.

Рорк взглянул на разлом, словно шрам прорезавший стену, на зияющую пустоту, где прежде был дверной проем.

— Полагаю, что постоялице номера 6-Б грозит выселение.

Ева сомневалась, что это потребуется.

Она держала оружие наготове, пробираясь между дымящейся стеной и обломками двери. В холле и в номере воздух словно загустел, пропитавшись едким дымом и сыростью. Но она с первого взгляда увидела, что взрыв на самом-то деле был не таким сильным и разрушительным, как ей показалось вначале. И к тому же он был направленного действия.

— Чуть-чуть подкрасить, и все будет в ажуре, — сказала Ева. — Взрыв был спланирован так, чтобы уничтожить дверь и всех, находящихся снаружи.

На полу в номере валялись осколки фаянсовой посуды, лежала опрокинувшаяся хрустальная ваза. Из нее лились струйки воды, которые смешивались с водой из противопожарной системы.

Мягкая мебель набухла от воды, стены почернели от сажи и копоти. Конечно, стены холла были безнадежно повреждены, но в целом комната не сильно пострадала.

Рорк прошел через обгоревший номер следом за Евой, игнорируя раздающиеся снаружи возгласы и крики.

Зита лежала на кровати в спальне, скрестив на груди руки.

Ева осторожно приблизилась к ней и проверила пульс на шее:

— Она мертва.

7

— Ваше представление о сотрудничестве и совместной работе в корне отличается от моего, лейтенант Даллас.

Страдающая от сильнейшей головной боли Ева изнемогала от усталости, пока Дарсия заканчивала осмотр трупа.

— Я сообщила вам последнюю информацию.

— Нет. Вы всего лишь оставили краткое сообщение на моей голосовой почте. — Дарсия распрямилась. Руками, покрытыми «Силином», она взяла с тумбочки у кровати флакончик с таблетками и положила его в свой портфель, а потом добавила: — И, судя по всему, это случилось как раз перед незаконным проникновением в это помещение.

— Домовладелец или его представитель вправе входить в частный дом или квартиру при наличии подозрений, что существует угроза для жизни одного или нескольких человек, либо что эта собственность подвергается опасности."

"— Не стоит цитировать служебные инструкции, — огрызнулась Дарсия. — Вы меня попросту проигнорировали.