Инструктор спецназа ГРУ

"

"— Я могу ехать? — спросил Алехин, пряча документы в карман. — Видите ли, я тороплюсь…

— Да как вам сказать, — неопределенно протянул гаишник, почему-то опять направляя фонарь прямо Алехину в глаза. — С одной стороны — ну, явная же ошибка, но вот с другой… Боюсь, нам придется вас задержать до выяснения некоторых обстоятельств.

— Ну вот что, лейтенант, — сказал Алехин самым сварливым тоном, на какой был способен, — или вы немедленно объяснитесь, или я буду вынужден подать официальную жалобу. Будьте уверены, этот цирк вам даром не пройдет.

— А вы меня не пугайте, — оскорбился гаишник, — я, между прочим, на службе. Наша служба и опасна, и трудна — слыхали? Тут вот какая закавыка, товарищ капитан. Дали нам ориентировочку на вашу машину: едет, мол, в Москву гастролер из Чечни. В метро решил покататься, кино, там, посмотреть… ну, вы понимаете. Мало нам было урагана, так теперь еще этот лидер чернож…й.

— Бред какой-то, — сказал Алехин. — Я что, по-вашему, похож на чеченца?

— Да ну, какой вы чеченец. Однако ж на этих гадов кто только не работает, а документики при нынешнем уровне техники, сами понимаете… Так что придется прокатиться.

Подкрепив свои слова повелительным движением автоматного ствола, гаишник, хоть и был заметно пьян, предусмотрительно сделал два шага назад и навел автомат прямо в живот выходящему из машины Алехину, которому все уже было предельно ясно. Капитан прекрасно понимал, что угодил в ловушку, как безмозглый кролик, и жив до сих пор только потому, что им нужна не столько его жизнь, сколько дискета.

— Стоять, — скомандовал лейтенант. — Лицом к машине, руки на кабину, ноги шире плеч! Степанов, обыскать!

Подошедший Степанов двумя ударами тяжелого сапога раздвинул пошире расставленные ноги Алехина.

— Не жмись, не жмись, чего ты, как целка, — почти добродушно приговаривал сержант, деловито и вполне профессионально обыскивая капитана с головы до ног. Пустой, — слегка обескураженно доложил он, закончив обыск.

— Пустой так пустой, — миролюбиво сказал лейтенант.

Серебристый «опель» задним ходом обогнул стоявшую с потушенными огнями ПМГ. Степанов с хрустом и скрежетом переключил передачу, и автомобиль, свернув с шоссе, скатился на грунтовку. Перед самым шлагбаумом машина, судорожно дернувшись, заглохла. Степанов выключил фары.

— Никак не привыкну к этим долбаным иномаркам, — сообщил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Ну вот, — сказал лейтенант, — здесь нам будет уютно.