Индульгенция 4. Без права на сомнения

Окна, узкие и высокие, напоминали глаза исполинского существа — их витражи изливались кровавыми отсветами, изображая сцены древних ритуалов и падших ангелов, чьи крылья обвивали золочёные цепи.

Дверь, тяжёлая, словно плита забытой гробницы, была украшена барельефами воронов с аметистовыми глазами. Они следили за каждым гостем, шевеля металлическими перьями при малейшем прикосновении к магии. За порогом воздух густел, пропитанный ароматом полыни и ладана, смешанным с горьковатым дымом вечно горящих свечей — их пламя плясало в канделябрах, отливая синевой забвения.

Главный зал встречал мраморным полом, где под ногами мерцали созвездия, сплетённые из серебряной жижи. Стены утопали в бархате цвета спелой сливы, а по ним струились тени, будто живые, обнимая портреты прежних хозяев — магов с глазами, полными бездны. Над камином, где вместо огня клубился фиолетовый туман, висел меч с рукоятью из чёрного нефрита — клинок, говорили, мог разрезать даже время.

Лестница, извивающаяся, словно змея, вела в башню, где Кристина проводила ночи.

Её покои хранили тайны — зеркала, показывающие не отражения, а грезы владелицы, библиотека с книгами, переплетёнными в кожу демонов; и рояль из чёрного дерева, игравший мелодии сам, когда луна касалась клавиш. На столе, инкрустированном ониксом, всё ещё стоял кубок с засохшими каплями вина — настойки, что она пила, чтобы слышать шёпоты умерших.

В саду за домом, среди чёрных роз и лилий, светящихся как призраки, бился фонтан с водой густого серебра, точно ртуть.

Статуи стражей-горгулий на крыше шевелили когтями в лунные ночи, а в пруду, где плавали рыбки с алмазными чешуйками, иногда показывалось лицо — бледное, с глазами, как две пропасти. Говорили, это дух некогда убитой тут девушки, который всё ещё ищет страницы своего последнего гримуара, спрятанного где-то в стенах дома…

Здесь даже тишина звучала как заклинание, обрывающееся на полуслове.

— Мрачненько, — оглядевшись, заявила Настя.

— Тихо, как в могиле, — эхом отозвался Гиви.

Остальным было пофиг — ну, дом и дом. Эка невидаль.

— Располагайтесь, я на минутку, — сказала Кристина и быстро ускакала на второй этаж.

Гиви проводил ее задумчиво-раздевающим взглядом, встряхнул головой и сально улыбнулся Насте.

— Не знаю, о чем ты, озабоченный, сейчас подумал, но советую передумать, — тут же отреагировала она.

— Да у него все мысли на лице — ищет, кому бы присунуть, но везде облом, -ехидно прокомментировала Танька.