Имперский вояж

А цветной эскулап меж тем что-то сделал с приблудой, что вчера прицепил Илье на ногу, и та, отцепившись, осталась у него в руках. Стало видно, что сей чудо-прибор потрудился на славу. Рана больше не выглядела плохо, синюшная опухоль сошла, сменившись вполне пристойными на вид розовыми припухлостями, какие бывают на месте хорошо заживающих ранений, а края разреза были аккуратно стянуты скобками. Цветной удовлетворенно хрюкнул и принялся обрабатывать колено какими-то препаратами. Закончив, наложил компресс и перетянул лентой, которая, затвердев, стала продолжением уже наложенного «гипса», дуболом же тупо таращился на вчерашнюю миску.

Эскулап, проследив за его взглядом, нахмурился, затем указал пальцем на неприглядные остатки, а после себе в рот. Илью передернуло от омерзения, когда он понял, что ему предлагают это съесть."

"– А вот хрен ты угадал! – буркнул он и решил прикинуться шлангом, типа тупой и не понял. Пожав плечами, Илюха кивнул и, указав в свою очередь на умершую миску, широким жестом разрешил скушать ЭТО цветному.

Тот изобразил удивление на татуированном лице, а потом, видимо догадавшись, что арестант его не понимает, вздохнул и взял из рук железного тормоза принесенную тем новую миску с зеленым бурдомесом. Взял и протянул её Илье. Илюха подозрительно покосился на стол, где продолжала пузыриться странная субстанция, но миску взял и вопросительно посмотрел на цветного. Эскулап поощрительно кивнул, мол, давай, не стесняйся. Ну, и ему ничего не оставалось, кроме как сделать то, что от него хотят. Зелёная мерзость на вид ничем не отличалась от вчерашней, однако вспомнив, что та хрень хоть и была, мягко говоря, невкусной, но отравой не являлась, Илья не стал выпендриваться и выпил этот пластилиновый суп.

– Мда, чуда не произошло, вкус тоже не изменился, – продолжил он вслух свои наблюдения и уже хотел было поставить пустую посуду на стол рядом с бренными останками первой, но цветной не дал этого сделать. Он отобрал её и сложил пополам.

Миска слегка хрустнула и превратилась в лепешку, от которой уже кто-то оторвал половину. После этой манипуляции цветной отломил кусочек и, сунув себе в рот, принялся жевать. Проглотив, протянул блин обратно. Илья оторопело взял его в руки и посмотрел на цветного. Тот знаками предлагал повторить его подвиг, то есть попробовать сжевать посудину. Пришлось повторять. А что делать? Когда рядом стоит бронированная образина с серьезным дубцом в клешнях.