Империя очень зла

Хохлов уже не спасти. Ударят и размажут. Я даже радуюсь, грешным делом, что Крым теперь не в России. А то бы не их, а нас бомбили.

— Нас могли бы еще в том веке грохнуть, — напомнил Луганов. — Когда из-за Чечни прижали.

— Тогда было другое время, — грустно сказал Сергачев. — А сейчас бы точно не пожалели. Поймите наконец — Украину будут бить, чтобы мы испугались. Ясно же, как дважды два, не хотят они видеть в Кремле команду Коршунова.

По этому поводу сомнений, равно как иллюзий, ни у кого не было. Мамлеев вернулся к прежней теме.

— Насчет Крыма — это неплохо, можно сделать такой материал, — сказал Богдан. — По сообщению конфиденциальных источников в Киеве, украинское правительство рассматривает вопрос о срочном возвращении Крымской области в состав России. Передача полуострова состоится еще до истечения сроков НАТОвского ультиматума, предъявление которого ожидается в ближайшие часы.

— Нормально, — одобрил главный. — Пойдет в завтрашний номер. Борис, втиснешь это, когда будешь делать информационную полосу… Ладно, с военной частью как будто утрясли.

Сотрудники взвыли, но шеф был неумолим. На следующий номер ожидалось много рекламы, поэтому следовало тискать поменьше ерунды. Чтобы подсластить пилюлю, Сергачев намекнул, что в сороковом номере отведет побольше места материалам на крымскую тему.

— К тому времени уже война начнется, — вздохнул Мамлеев. — Впору будет фронтовые репортажи печатать.

— А ты оптимист, — засмеялся Бубнов.

***

Москва. Офис фирмы «Легион»

Тихонько напевая привязавшиеся строки из клипа, который уже месяц крутили по нескольким телеканалам, Лея набрала код на кнопках замка и впорхнула в тамбур. Дверь в комнату шефа была заперта, а из рабочего зала доносились раскаты орудийных залпов, плеск волн и стоны умирающих. Похоже, мальчишки с утра взялись доводить до ума последний заказ. «Ты — мой, вы все — мои, но я — не ваша», — снова вернулся навязчивый мотив.

— Привет существа! — крикнула она с порога.

— И тебя туда же, — с готовностью откликнулся Вовка Дублон и похвастался:. — Мы подчистили Фолкленды.

— Не говори «гоп», пока я тебя не потопил, — предостерег его Марцелл. — Лейка, ты не знаешь, где у нас кофе?

— На месте, — сообщила девушка, очень не любившая, когда ее называли Лейкой. — В сливном бачке.

К общей радости Марцелл побрел в санузел, долго там возился и даже спустил воду. Вернувшись, сказал озабоченно:

— Там нету.