Империя огня. Амнезия в подарок

Моя однофамилица очень внимательно и подозрительно на меня поглядела, а вот Гемма Террел взглянула с интересом и, улыбнувшись открыто, сказала:

— Очень приятно, эньора.

— И мне, — улыбнулась я, ничуть не слукавив.

— Дорогая Гемма, — обратилась к девушке Кинзия, — вы опоздали. Надеюсь, в пути с вами не произошло ничего неприятного?

— Карета увязла, — ответила за нее госпожа Брума.

— Ах, какая жалость. Погода нынче стоит нехорошая, — вздохнула Гелл и покосилась на Мариана. — Правда?

— Да, мерзкая, — отозвался он.

Гемма бросила на него вороватый взгляд и снова покраснела; очевидно, она по уши влюблена. И, увы, очевидно также, что Мариан не влюблен, и что к женитьбе его толкают. А еще очевидно, что после ужина он многое выскажет сестрице, а Брадо – своему воспитаннику.

Я выдохнула, когда фокус внимания сместился с меня, а слуги начали разносить блюда. И, улучив момент, точно как Гемма, бросила такой же вороватый взгляд на Брадо Гелла.

И он поймал этот взгляд.

Чтобы избежать неловких разговоров, я налегала на еду, благо что той было предостаточно, и, совсем не стесняясь, отдавала должное вину и шоколадному ликеру.

Мне даже стало весело наблюдать за происходящим.

Кинзия активно вовлекала в разговор молодую пару, Мариана и Гемму, и не оставляла им шанса отмолчаться, а Бонфилия Брума терзала нескончаемыми вопросами Брадо Гелла: «Что с починкой моста в Ригларке?», «Будут ли переданы просьбы жителей императору?», «Правда ли, что в Дреафраде скрываются разбойники?»

Владетель Тоглуаны отвечал скупо и односложно, и вообще казался отстраненным.

«А вот со мной он разговаривал сегодня очень даже охотно», — подумала я, и представила на мгновение, что Брадо Гелл холост и свободен. Интересно, заинтересовался бы он тогда мной, как женщиной? От этой мысли меня бросило в жар.

— Надо же, как вы раскраснелись, милочка, — заметила Бонфилия.

— Немного душновато, — ответила я, удивленная тем, что она внезапно переключила на меня внимание, и поскорее наколола на вилку гриб, чтобы сунуть его в рот и тем самым избавить себя от необходимости разговаривать с однофамилицей.

— А нечего на ликер налегать, — прямо сказала дама. — Ну-ка поглядите на меня. Какая у вас белая кожа, и какие круги под глазами! Болеете?

— Нет, просто устала.

— А волосы черные, как мрак. Красите?

— Нет.