Империя бурь

Одной рукой она держалась за веревочную лестницу, свисавшую с мачты. Брызги и клочья пены, долетавшие снизу, приятно холодили лицо. Половина людей Рульфа покинула корабль, перебравшись на лодки. Весла замерли. И тогда паруса наполнились магическим ветром Рована, и «Морской дракон» понесся к гигантской цепи.

Когда судно миновало Кораблекрушитель, Аэлина не устояла перед искушением и оглянулась назад. Цепь медленно поднималась над водой, замыкая бухту. Все прочие корабли Рульфа оставались в относительной безопасности.

Если все пройдет удачно, им вполне хватит одного корабля. Так Аэлина сказала Рульфу. А если неудачно… несколько его судов не повлияют на исход сражения.

Крепко держась за веревку, Аэлина склонилась над потоками голубой воды и белыми островками пены. Все это стремительно проносилось мимо.

«Ослабь ветер, – мысленно сказала она Ровану. – Не трать понапрасну силы – ты ведь почти не спал».

Рован быстро чмокнул ее в ухо и уселся на скамейку Гареля.

"Черные паруса вражеских кораблей заполонили горизонт. Ключ Вэрда, спрятанный в амулете, гудел, чуя эскадру нелюдей.

Аэлина чувствовала их. Ее магия улавливала отвратительный запах, принадлежащий совсем другому миру. Где-то поблизости затаилась Лисандра.

На воде танцевали сотни ослепительных бликов. Магический ветер Рована поутих. «Морской дракон» плавно скользил к острову, две горы которого изгибались навстречу друг другу.

Пора.

Аэлина спрыгнула на мокрую палубу. Много, слишком много глаз смотрели на террасенскую королеву и замершую железную цепь. Рульф, все это время стоявший за штурвалом, спустился с юта. Аэлина приподняла тяжелую цепь, невольно подумав об узниках этой и иных цепей. Рован встал. К Аэлине они с Рульфом подошли одновременно.

– Что теперь? – спросил пиратский капитан.

Аэлина кивнула в сторону вражеских кораблей.

– Мы подпустим их как можно ближе. Когда начнешь различать белки их глаз, крикнешь нам.

– Якорь бросишь с правого борта, – добавил Рован. – Это развернет корабль.

Рован помог Аэлине защелкнуть скобы кандалов на запястье.

– А это еще зачем? – удивился Рульф.

Аэлина хмуро глядела на цепь. Ее магическая сила возмущенно извивалась внутри.