Имя ей Хель

Проклятые фейри. Я развернулась и пошла прочь от своей спальни. Нить протестующе натянулась, но я от неё отмахнулась.

Пришла на кухню, напугав спящую прислугу своими расспросами, а оттуда, как мне и указали, – в западное крыло замка, постучала в нужную дверь. Громче, чем хотела, но даже этого звука почти не различила. Чем дальше я уходила от Хоука, тем сильнее жгло сердце.

Дверь открыл заспанный Сван, растрёпанный и румяный.

– Хель? – Он удивлённо распахнул свои огромные голубые глаза, а я вместо ответа толкнула его обратно в комнату и зашла следом.

Спальня была тесной и вмещала одну только узкую кровать, деревянный столик и стул, под которым аккуратно стояли башмаки. Луна заглядывала в прорезь окна.

– Заполучил отдельную спальню? – сказала я, чтобы заполнить образовавшуюся пустоту.

– Да, Лирана…

Я не дала Свану договорить, толкнула его на кровать, стянула с себя рубаху и бросила на пол. Сван мгновенно потерял интерес к разговору и тоже избавился от одежды.

Боль от натянутой нити немного притупилась, когда Сван обхватил меня за талию и привлёк к себе.

– От тебя пахнет кровью и псиной. – Сван провёл языком по моей груди.

– Тебе не нравится?

Пальцы Свана проникли в меня, и я вздрогнув, обхватила его сильнее.

– Мне всё в тебе нравится. – Он взглянул на меня пронзительно, снизу вверх, потому что продолжал забавляться с моей грудью.

– Какая? – Я опустила на него взгляд, а он, оторвавшись от меня, убрал волосы с моего лица и улыбнулся.

– Нетерпеливая. Сердитая… Напуганная… Мне сразу хочется быть с тобой… жестоким.

Он запустил пальцы в мои волосы и потянул, заставляя откинуть голову. Впился ртом в шею, а я замерла, чувствуя, как жар на сердце уступает жару внизу живота. Пальцы покинули мою промежность и издевательски пересчитывали рёбра.

Потеряв терпение, я оттолкнула Свана, повалила на спину и взобралась сверху, продолжая прижимать его к кровати. Я двигалась быстро, грубо, опускаясь и поднимаясь с таким остервенением, что кровать угрожающе скрипела.