Их жаркий ноябрь

 — Все в курсе, какой завтра день?"

"Мы с Леночкой переглянулись и закивали. Как же не знать? Завтра, первого октября, у Анатолия Витальевича юбилей — ему исполняется пятьдесят лет. Мы приготовили для него концертную программу в актовом зале. Даже песню сочинили, благо менеджер Виталик умел играть на клависине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— После шумных поздравлений вас, Анечка, я приглашаю в ресторан. Отказы не принимаю.

Строгий взгляд остановился на уровне моей груди и вспыхнул нехорошим вожделением.

— Анатолий Витальевич, вы ведь знаете, я не могу по вечерам… дочка у меня. Не на кого ее оставить, — взмолилась я. Взгляд седовласого начальника в сторону моей груди мне очень не понравился.

— Что за глупости? Найдите для дочки няню. Вы молодая и привлекательная женщина. Негоже с утра до ночи на работе сидеть. Вы же белого света не видите!.. Не придете, лишу всех премий! — грозно пригрозил мне пальцем он и зашагал тяжелыми шагами в сторону своей приемной.

— Черт… — отбросив сигарету в жестяную пепельницу, заломила руки я. — Ну, что мне делать, Лена? Он не понимает, наверное, что такое маленькая дочка…

— Знаешь, Ань, а он на тебя запал, — задумчиво взглянула на меня подруга. — Разве не видишь, как он на тебя смотрит?

Я растерянно пожала плечами. Но слова подруги посеяли в душе тревогу. Я ведь и сама в последние недели замечала — что-то не так с его стороны.

— Нравишься ты ему, Аня. Вот посмотришь, завтра в ресторане подкатывать к тебе будет.

— Между нами пропасть в двадцать лет! Какой там подкатывать! Или в нашей фирме считается, что если я брошенка, то соглашусь на любые условия, лишь бы не одной дочку тянуть?

Леночка пожала плечами.

Я скинула пепел со своей сигареты и с неудовольствием подметила, что пальцы противно подрагивают.

— У меня и платья для ресторана нет, — принялась взахлеб оправдываться. Больше даже перед самой собой, чем перед подругой. — Никто не согласится взять на себя Еву на вечер.

— Эх… — сочувственно выдохнула Леночка и затушила сигарету.

Глава 2

В обед Анатолий Витальевич вызвал меня к себе в кабинет.

— Что ты натворила? Шеф злой какой-то, — с удивлением посматривала на меня его секретарша Олеся.

— Не знаю, — искренне ответила я.

Вошла в кабинет и нерешительно остановилась возле широкого рабочего стола.