Их жаркий ноябрь

Может, именно поэтому я спускала ему с рук его увлеченность работой и другими женщинами. Ведь чем реже видишься, тем меньше взаимных обид.

Год назад у Валеры появилась цель. Он решил, что достаточно зарабатывает и просто обязан увековечить свое имя, создав коллекцию уникальных фотографий.

Валера отправился в кругосветное путешествие. Приторговывал фотографиями через интернет, изредка присылал нам с Евой красивые пейзажи, и жил в свое удовольствие. Деньги переводил не каждый месяц, про общую ипотеку забыл, поэтому я уже давно не таила надежд на то, что он образумится.

Мне повезло — в нашем микрорайоне открылся новый садик, и теперь моя пятилетняя неуклюжая Ева каждое утро с диким воем отправлялась в группу таких же несчастных детей, у которых не было сердобольных бабушек и дедушек.

Их, не то, чтобы не было. Почти бывшая свекровь всегда была рада взять Еву на выходные, но сидеть с внучкой круглосуточно у нее не было возможности.

Мои родные мать и отец жили в Краснодаре. Обычная семья. Папа с утра до ночи трудился в частном банке на должности управляющего, а мама работала в небольшой клинике гинекологом, и, кажется, сроднилась с белым халатом. С Евой они общались исключительно по скайпу.

Надо ли говорить, что я пошла по стопам родителей? Заядлая карьеристка, два месяца назад я получила повышение — должность начальника отдела продаж в нашей фирме.

Я брала работу на дом, сидела за компьютером до полуночи, просыпалась в шесть утра, тащила дочку в садик и приходила на работу раньше всех — только бы удержаться на желанной должности. Единственной радостью в моей жизни было выпить чашечку кофе в обеденный перерыв и выкурить с Леночкой по сигарете в специально отведенном для этого месте.

Там нас и застал шеф — Анатолий Витальевич Ковалев, грузный седовласый и твердый, как скала, управленец, прошедший закалку еще в далеких девяностых.

— Доброе утро, Анатолий Витальевич! — подарила шефу солнечную улыбку Леночка.

Но он даже не взглянул в ее сторону. Его взгляд подозрительно долго держался на мне. Оглаживал шею, плечи и скользил ниже, к стройным ногам в желтых лодочках.

— Так, девчата, — очнувшись от наваждения, подмигнул нам густой бровью Анатолий Витальевич.