Кружевница из ковена Будриоли

Но, подозреваю, будь вы милашкой, то обязательно продемонстрировали бы это.

- Зато вы, я вижу, любите демонстрировать то, что не нужно, - огрызнулась я. - Например, дурной характер.

После этих слов я почувствовала, как загорелась моя макушка. Наверняка Вревский стоит и прожигает ее гневным взглядом с высоты своего роста.

«До чего тяжелый человек! И теперь иди пойми: он хотел меня обидеть, мол, не красавица? Или хотел показать, что он тоже недоволен вынужденным браком? Так мне все равно, мог бы и не напрягаться», - раздражённо подумала я.

В притвор вышел священник, и мы прекратили обмениваться «любезностями».

Глава 44

Ну а дальше начался сам обряд. Несмотря на непростую ситуацию, мне было интересно. Тем более, что замуж я выходила в первый раз.

Венчание началось обручением. Священник трижды благословил Вревского, который каждый раз осенял себя крестным знамением. Затем батюшка повернулся ко мне, и я тоже трижды перекрестилась.

- Во Имя Отца и Сына и Святого Духа, - произнес святой отец, вручив нам зажженные свечи, и мы последовали за ним на середину храма.

Перед аналоем уже был расстелен белый плат. Я немного замешкалась перед ним, не особо понимая, что нужно делать.

- Встаньте на плат, - шепнул барон, слегка подталкивая меня под локоть. – Я вам уступаю место главы семьи.

Я сначала не поняла, о чем он толкует с легкой насмешкой в бархатном голосе. Но потом догадалась, что барон имеет в виду суеверие. Кто первый встанет на плат во время венчания, тот будет главенствовать в семье. Как остроумно!

Батюшка спросил, является ли наше желание вступить в брак свободным и непринужденным.

После чего благословил и произнес ектенью. Потом пришла очередь молитв, и священник попросил у Господа даровать нам детей. В этот момент мне показалось, что рука Вревского, сжимающая свечу, слегка дрогнула. Неужели происходящее что-то значит для него? Ну а почему нет? Он такой же человек и наверняка хотел бы, чтобы на таинстве присутствовала любимая женщина, а не навязанная незнакомая девица.

Дальше началась самая красивая часть венчания.

Венцы, протяжное «Венчается раб Божий…»… И, конечно же, трижды произнесенное возглашение: «Господи Боже наш, славою и честью венчай их!»."

"После возглашения: «И сподоби нас, Владыко, со дерзновением неосужденно смети призывати Тебе…» мы преклонили головы под венцами, которые держали поверенный и граф Кушаков. Обряд закончился тем, что мы троекратно, по глоточку отпили общего вина и, соединив наши руки, батюшка покрыл их епитрахилью.